Мировая слава

– О, рогатые лерни, ты, ты… – девушка видимо увидела ее, Миру, и явно растерялась.

– Да, я это сделал! – с гордостью ответил ей мужчина. – Я долго к этому готовился, бесконечно штудировал книги в библиотеке, выписывал, срисовывал. Строил и опровергал свои же теории. Мне даже пришлось выкрасть у декана пару книг из его личной библиотеки! А это, уж поверь мне, милая, было совсе-е-ем не просто: там такая защита стояла, закачаешься. Но и я сам не промах: пришлось попотеть, но все-таки добыл нужные мне книги. Да еще повезло: оказался в нужное время в нужном месте и узнал пару стоящих секретов.

– Ты с ума сошел? – взволнованно воскликнула барышня. – Да какой это вообще к рогатому лерни демон?

– Дуреха, – снисходительно хмыкнул мужчина. – Разве ты не помнишь, что демоны могут принять любое обличие? Только вот одна трудность возникла. Какой-то это дохлый демон – особенно для высшего. Уже столько времени без сознания лежит. Я уже и пару жертв приносил…Может в расчетах где-то ошибся?.

Мира увидела, как одна тень задумчиво поскребла подбородок, а вторая в ужасе шарахнулась к двери.

– Ты же знаешь, чем это грозит! А еще решил и меня за собой потянуть? Я… Я все расскажу ректору! – девушка (студентка?) решительно направилась к выходу. Мира поняла, что «пора приходить в себя», иначе и этой девушке придется стать жертвой явно больного на голову маньяка.

– Осторожно, он хочет тебя убить! – Мира резво подскочила к внутренней границе круга. Оба «посетителя» ее скромной «обители» замерли, уставившись на нее как будто Мирослава внезапно стала тем самым рогатым лерни, которого уже пару раз упомянула незнакомая девушка.

Заминка длилась всего несколько мгновений, но и этого хватило, чтобы рассмотреть «сектантов»: в этом Миру пытались убедить одинаковые черные мантии с непонятными нашивками на левой стороне груди. Рисунок нашивки был очень похож на мудреную пентаграмму из множества треугольников и кружочков.

Тот, кого Мира считала мужчиной и корнем всех своих бед, на деле оказался высоким молодым человеком не старше двадцати лет с предрасположенностью к полноте.

А вот девушка в противоположность своему компаньону была приятной на вид миниатюрной шатенкой. Образ хрупкой лани дополняли огромные пронзительные глаза цвета молодой листвы.