Изобретатель смерти (сборник)

Мужчины вошли в театр через парадный вход – еще бы им с их удостоверениями его не открыли, – а дальнейший путь Гуров им объяснил. Сам он прошел через служебный вход и направился прямо к гримуборной жены. И вот тут начались проблемы – Мария была запугана настолько, что не хотела открывать даже ему. Наконец, потеряв терпение, он заорал:

– Машка! Да ты откроешь или мне придется дверь вышибать?

И тут дверь открылась. Белая как мел, Мария стояла, сжимая в руках тяжелый подсвечник из реквизита, который она постоянно держала у себя, потому что он ей очень нравился.

При виде мужа она выронила его из рук, бросилась Льву на шею и разрыдалась:

– Слава богу, это действительно ты, а я думала, кто-то чужой.

– Дожил! Жена мой голос после стольких лет семейной жизни не узнает, – попытался пошутить Гуров. – Все, Машенька! Все! Успокойся, это действительно я. – Заметив, как она с подозрением смотрит на сопровождавших его мужчин, он объяснил: – Это сотрудники службы безопасности Администрации президента.

Ты сейчас переоденешься и загримируешься так, чтобы тебя нельзя было узнать… Словом, ты лучше меня все знаешь. Потом выйдешь с ними, и они отвезут тебя в безопасное место, где, как меня заверили, тебе будет комфортно. Там и поживешь некоторое время.

– Но мои спектакли! – воскликнула Мария.

– Какие спектакли? – возмутился Лев. – Заменят тебя, вот и все! А ты будешь сидеть тихо как мышь! И не вздумай мне звонить ни на домашний, ни на сотовый, потому что они могут прослушиваться.

Как только станет можно, ты вернешься домой.

– Но у меня же с собой ничего нет! – растерялась она.

– Я. Найду. Возможность. Передать. Тебе. Вещи, – уже окончательно теряя терпение, произнес он со зверским выражением лица.

– Но ты же не знаешь, что именно… – начала она, но, взглянув ему в глаза, поняла, что ей лучше замолчать.

– Преображайся! И быстро! – велел Лев.

Мужчины вышли в коридор, и Гуров, встретив их сочувственные взгляды, вздохнул:

– Никогда не женитесь на артистке! Лучше сразу мужественно застрелиться самому, чем потом сидеть за ее убийство.

Мария – что значит мастерство, которое, как известно, не пропьешь! – вышла из гримерки через пять минут, но это была уже не она. Светлый парик из длинных волос, большие темные очки, губы накрашены яркой помадой, пронзительно-желтая, опасно короткая кофточка в обтяжку была до последней грани приличия декольтирована и спереди, и сзади.