Изобретатель смерти (сборник)

– Но преступник должен был точно знать, что нужный ему человек в павильоне, – не унимался Крячко. – А вдруг он, как Попов, опоздает и войдет со второй группой? Вдруг он заболел и вообще не приехал в Центр. Этот суперпрофи даже к видеокамере наблюдения, которая наверняка была внутри павильона, подключиться не мог, потому что компьютерная сеть накрылась. Это во-первых. А во-вторых, откуда у преступника была гарантия, что человек точно погибнет? А вдруг ему удастся спастись?

Лев со Степаном переглянулись, и Гуров торжественно проговорил:

– Стас! Ты – гений! – Он повернулся к Савельеву: – Все было для отвода глаз! И перекос павильона, и все прочее! Был точно рассчитан один-единственный удар по конкретному человеку, а все остальное – отвлекающий маневр.

– Но для этого преступник должен был точно знать, где этот человек будет находиться, – заметил надувшийся от гордости Крячко.

– На билетах был указан номер столика, – напомнил Степан.

– Ничего! Самое главное, что с основным направлением мы определились, а остальные проблемы будем решать по ходу дела, – с облегчением сказал Гуров.

– Господа офицеры! По коням! – Степан поднялся со стула. – Нам нужно к Владыкину! Предлагаю всем ехать на моей машине – если что-то важное узнаем, на обратном пути сможем обсудить.

До дома Владыкина в одном из коттеджных поселков Подмосковья они добрались быстро. Из стоявшего недалеко от его ворот «уазика» ППС доносились музыка и мужской смех, который, однако, тут же стих, когда из «Жигулей» вылезли нежданные гости.

– Не положено! – хамским тоном заявил он, но, увидев удостоверения Гурова и Крячко, завял и скромно удалился.

Степан нажал кнопку звонка и не отпускал ее до тех пор, пока за калиткой не раздался раздраженный женский голос:

– Чего вам от нас еще надо?

– Полиция! Нам надо поговорить с вашим мужем.

– А вы еще не наговорились? – скатываясь в истерику, почти взвизгнула та.

– Хотите маски-шоу посмотреть? – поинтересовался Савельев. – Вызвать недолго.

Калитка открылась, и они увидели довольно молодую женщину с темными кругами под глазами и изможденным лицом. Они предъявили ей свои удостоверения, и она обреченно вздохнула:

– Проходите. И решите уже что-нибудь, потому что дальше так жить невозможно.