Наследие Тубана

Мальчик был в таком отчаянии, что готов был поверить – спасение от бед здесь, в его руке. Он крепко, почти до боли сжал металлическую безделушку в кулаке, а затем, яростно вытерев глаза, решительно зашагал домой.

6

Новый дом

Рим был огромен. Это было самое главное ощущение Софии. Он был огромен и полон суеты. Нельзя сказать, что она никогда не ступала сюда ногой. Однажды сестры приюта водили ее вместе с одноклассниками на площадь Святого Петра на молебен к папе. Затем они ходили на прием к врачу, а еще на экскурсию по развалинам Форума, но она была короткая, мало что им удалось узнать и увидеть.

– Что ж, тебе обязательно нужно посмотреть Рим, не так ли? Сегодня мы позволим себе только небольшую пешую прогулку, но скоро мы обязательно продолжим знакомство с городом, – сказал профессор.

София вежливо кивнула, однако в душе она ликовала.

Экскурсию они начали с Пьяцца дель Пополо, а потом направились на холм Пинчо. Но, едва завидев балюстраду, София почувствовала легкое головокружение.

– Отсюда ты можешь увидеть весь город. Мне кажется, это прекрасный способ отметить наше событие. Что ты об этом думаешь?

София хотела ответить, но с ее губ слетело лишь невнятное хрипение. Профессор взял девочку за руку и подвел к балюстраде. София смотрела на нее как осужденный на эшафот, прикидывая, достаточно ли высокое ограждение, какова вероятность падения и как высоко она находится над Пьяцца дель Пополо.

Шлафен повернулся к девочке:

– Что-то не так?

Только тогда София обратила внимание, как вцепилась в его руку.

Профессор посмотрел на Софию по-отечески ласково:

– Я прекрасно знаю, что тебе потребуется время, чтобы привыкнуть к чужому человеку, но, поверь мне, ты всегда можешь сказать, если что-то не так, а я постараюсь понять тебя.

Мужчина ободряюще улыбнулся ей, и София решилась сознаться, в чем дело.

– Дело в том, что у меня кружится голова.

Услышав это, новоиспеченный приемный отец с недоумением уставился на девочку, не в силах поверить в то, что все так просто объясняется, и расхохотался. София вспыхнула, почувствовав себя маленькой дурочкой. Мужчина, должно быть, это понял, потому что тут же вытер слезы и заставил себя снова стать серьезным. Он поправил круглые очки и откашлялся.

– Ты же не разыгрываешь меня, ведь так?

Бледная как полотно София покачала головой.