Джек Ричер: Кровавое Эхо

В отличие от Кармен, которая никогда не будет значить для него столько, сколько значила Джоди, поэтому никакого порыва чувств нет и не будет.

– Дело тут вовсе не в белых или мексиканцах, – тихо проговорил он.

Когда она ничего не ответила, он продолжил:

– Прошу вас, Кармен, поймите же наконец.

– Тогда в чем дело?

– В том, что я знаю ее и не знаю вас.

– И это имеет значение?

– Разумеется, имеет.

– Ну так узнайте меня, – сказала она. – У нас есть два дня. Скоро вы познакомитесь с моей дочерью. Узнайте нас.

Ричер молчал, они продолжали ехать вперед. До Пекоса осталось пятьдесят пять миль.

– Вы были полицейским, – продолжала Кармен. – Вы должны помогать людям. Или вы боитесь? Вы трус?

Ричер молчал.

– Вы же можете это сделать. Делали раньше. Значит, знаете как. Вы сможете его убить и не попасться. Спрятать тело так, что его никто не найдет. Например, в пустыне. Никто ничего не узнает. Если вы будете соблюдать осторожность, на вас никто не подумает. Вас не поймают. Вам хватит ума.

Ричер молчал.

– Ведь вам хватит ума? Вы знаете, как делаются такие вещи? Знаете?

– Естественно, знаю, – ответил Ричер. – Но я не стану этого делать.

– Почему?

– Я уже сказал почему. Потому что я не убийца.

– Но я в отчаянии, – повторила Кармен. – Мне необходимо, чтобы вы это сделали. Я вас умоляю. Я готова на все, если вы мне поможете.

Ричер молчал.

– Чего вы хотите, Ричер? Секса? Пожалуйста, я согласна.

– Остановите машину, – сказал он.

– Зачем?

– Затем, что с меня достаточно.

Кармен вдавила педаль газа в пол, и машина рванулась вперед. Ричер оглянулся назад, потом наклонился к ней и резким движением поставил передачу на нейтраль. Двигатель взвыл, и машина сбросила скорость. Левой рукой Ричер схватил руль, вырвал из рук Кармен и направил машину на обочину. Она дернулась и остановилась. Ричер выбрался наружу и попытался успокоиться. Горячий воздух ударил в него, словно могучий молот, но он закрыл дверь и пошел в противоположную сторону.

Глава 4

Через двадцать ярдов Ричер отчаянно вспотел и пожалел о своем решении.

Он находился посреди огромного пустого пространства, шел пешком по большому шоссе, по которому самые медленные машины ехали со скоростью шестьдесят миль в час. Вряд ли кто-нибудь захочет остановиться, чтобы его подобрать. Но даже если и захочет, им потребуется время, чтобы среагировать, потом посмотреть в зеркало и притормозить, – короче говоря, они успеют оказаться от него на целую милю.