Не в его вкусе

Сердцу, конечно, не прикажешь, но как не прикажешь ему полюбить, так и не прикажешь ему не ревновать. Меня тошнило, жгло и ломало. Чтобы как-нибудь отвлечься, я начала изучать перечень спортивных клубов нашего города, приняв решение сегодня же начать тренировки.

Тот роковой понедельник, который никак не наступал для меня вот уже несколько лет, наступил сегодня, этим пятничным утром. Тот понедельник, с которого я собиралась начать новую жизнь, но никак не могла. Наверное, тем и прекрасны нелепые ситуации, в которых мы оказываемся.

Убегая от них, мы решаемся на действия, в которых себе так долго отказывали.

Днём я сообщила о своём намерении подругам, чем сильно их рассмешила. Никто не верил в то, что я таки смогу. И это ещё больше подогревало мой азарт.

И вот он – долгожданный вечер. Я в спортклубе на розовом коврике для фитнеса. Я таки сюда дошла.

Мой тренер – измученный женским вниманием Аполлон. Но что-то в нём есть синтетическое – искусственное. Как женщины закачивают в пустеющее от времени пространство под обвисшей кожей ботокс, так мужчины закачивают в пустеющие отсеки своей души надуманную важность павлина.

Это побочный эффект нашей зрелости. Когда мы зреем не там и не с теми, чем вызываем пустоту в себе, усиливающую скорость наступления старости.

На меня он, конечно же, практически не смотрел, в зале было много других. Да я и не хотела. Почему-то я испытывала непреодолимое желание прятаться и плакать.

Я снова чувствовала себя не такой. Он никак не мог за помнить моего имени, а я никак не могла понять, как такое может быть.

Есть женщины, которые всё хотят и всё могут, есть женщины, которые всё хотят, но ничего не делают, а есть женщины, которые уже ничего не хотят. Именно такой женщиной в тот вечер была я. Тот серый застиранный чулок, которым я чувствовала себя с утра, я умудрилась натянуть себе на голову.

Добравшись домой, я час маялась по квартире. Было пусто в душе и в голове. Эта пустота болела. Ей в унисон ныли мои мышцы. Аполлон знал толк в физкультуре. Чтобы уйти от этого состояния, я легла спать.

Но сон где-то заблудился. Он бродил в отсеках моей памяти, поднимая всё моё смятение на поверхность. Затем я вспомнила секс с Деном. И поймала себя на том, что всё ещё хочу его. Хочу до изнеможения.

Странное ощущение – сексуальное желание. За его осуществление порой хочется отдать слишком много. Но порою отдавая слишком много за это удовольствие, позже мы узнаём, что заплатили тройную цену.

Голод – это страшное чувство.