Гуляла смерть в фате венчальной (сборник)

Начальник службы безопасности, представившийся как Штыряк Андрей Петрович, спросил дежурное – чем может быть полезен?

– Нам бы при свете дня осмотреть место убийства, – пояснил Гуров, кивком головы указав в сторону парка.

– А, понятно! Прошу! – Штыряк изобразил приглашающий жест, и они зашагали по дорожке, мощенной разноцветным камнем, которая вилась меж каштанами, куртинами туи и кипариса.

– Лев Иванович! Мне ждать вас здесь? – спросил Юрий, высунувшись из кабины.

– Да, будь здесь, – кивнул Гуров, краем глаза заметив вышедшую из дома Джулию в белом теннисном костюме.

Дочь магната шла, небрежно помахивая теннисной ракеткой, судя по всему, направляясь на персональный теннисный корт.

Шагая рядом с «особистом», Лев расспрашивал его о местах установки камер в парке и качестве отснятых видеоматериалов, о расстановке охранников на территории парка минувшей ночью и личных наблюдениях за происходившим на свадьбе. Крячко, следуя за ними, вертел головой во все стороны, с одинаковым интересом изучая ботанический состав пышных, ярких клумб, анатомические подробности гологрудых богинь античного фасона и сверкающие на солнце струи фонтанов.

Он тоже заметил «теннисистку», чем-то похожую на Анну Курникову в начале ее карьеры. На «спортсменке» были ультракороткие шорты и чрезвычайно смелого дизайна блузка. Периодически кидая взгляды через плечо, Крячко отследил ее маршрут, на котором, к его удивлению, оказалась их «десятка». Стас видел, как, подойдя к машине, «теннисистка» остановилась напротив Юрия и о чем-то, судя по всему, его спросила.

Свернув следом за Штыряком и Гуровым за зеленую стену кипариса, Стас с досадой был вынужден прекратить это не вполне солидное для сыщика соглядатайство. Он вслушался в разговор своего приятеля и здешнего «особиста», сокрушенно про себя констатируя, что зря не следил за нитью их диалога и поэтому упустил в нем какие-то очень значимые моменты. Из-за этого теперь слишком многое для него остается непонятным, наподобие китайской грамоты.

– Здесь же явно ничего не могла взять камера, установленная у Афродиты? Как думаешь?

Застигнутый врасплох, Крячко поспешно закивал, выдав скороговоркой:

– Да-да, скорее всего, не могла…

Поймав его непонимающий взгляд, Лев сразу же все понял и, сочувственно усмехнувшись, вновь переключился на Штыряка.