Поиграем в любовь

– И что бы вы ни прятали в кармане передника, вы это покажете моим охранникам, когда мы спустимся вниз.

Тогда Дэйзи запустила руку в карман и достала оттуда часы.

– Я проникла сюда не для того, чтобы что-то у вас украсть, – сказала она. – Я пришла сюда, чтобы это вернуть.

К ее разочарованию, Ролло едва взглянул на часы.

– Это ничего не доказывает. Точнее, это противоречит всему тому, что вы наговорили мне до сих пор, и подтверждает, что вы лгунья и воровка.

– Я не воровка!

Он пожал плечами:

– В отличие от некоторых я предпочитаю говорить и слышать правду.

– А еще запугивать других.

– Правда?

– С того момента, как вы вошли в эту дверь, вы только и делаете, что мне угрожаете.

На его щеке дернулся мускул.

– Позвоните в полицию, – сказал он, протягивая ей телефон.

Его глаза торжествующе блестели, и это еще больше ее разозлило. Сделав шаг ему навстречу, она взяла у него телефон:

– Хорошо. Я позвоню. По крайней мере, в этом случае мне больше не придется находиться в вашем обществе.

– Что за ребячество!

Дэйзи встретилась с ним взглядом:

– Это никакое не ребячество. Вы в любом случае собирались вызвать полицию. Какая разница, кто это сделает?

Ролло глубоко вдохнул. Ее упрямство выводило его из себя, и в то же время он не мог ею не восхищаться. Несмотря на свое плачевное положение, она смело принимала его вызов.

– Вы не хотите этого делать, Дэйзи, – сказал Ролло.

– Вы не знаете, чего я хочу. Вы ничего не знаете ни обо мне, ни о Дэвиде.

– Так расскажите мне.

Дэйзи молча уставилась на него. Почему он дает ей возможность все ему рассказать сейчас? Хочет снова запугать ее и обвинить во всем на свете? Ей хотелось запустить в него телефоном, но затем она подумала о Дэвиде, который сейчас дожидается решения своей участи, и она опустила руку.

– Зачем? Чтобы вы использовали это против него?

Ролло прищурился:

– Все будет зависеть от того, что вы мне расскажете. На данный момент я только знаю, что ваш брат питает слабость к дорогим часам, что он работает в отделе развития и что он высокий и дерганый.

– Дэвид не дерганый. Он просто немного нервный.

– Те, кто совершил преступление, часто нервничают.

В ответ на это Дэйзи пронзила его ледяным взглядом:

– Дэвид не закоренелый преступник. Он стеснительный и с трудом заводит себе друзей.

– Ему было бы проще, если бы он их не обкрадывал.

– Это была ошибка.

– Когда ты берешь чужое, это называется не ошибкой, а воровством.

– Не всегда.