Долгий путь к счастью

Ничего личного, просто слова о том, как сильно она любила Макао. Что это значило для нее. Что для нее значила семья.

Дора судорожно вздохнула. Это правда, Делла любила Макао и больше всего на свете мечтала жить там одной семьей с Лао Данем и Арчи.

Но не только Делла мечтала о семейной жизни. Отсутствие матери и равнодушие отца были подобны незаживающим ранам. Дора знала, каково это – быть брошенным на произвол судьбы, и не могла навязать Арчи версию своей жизни.

Словно чувствуя ее мысли, Чарли шагнул вперед.

– Не могли бы вы сделать это для нее, Дора? Отбросить свои чувства, сомнения и привезти Арчи в его дом в Макао? Для Деллы?

Какое-то время она подбирала слова, чувствуя лишь удары сердца и взгляд темных, неотразимых глаз на себе. А еще давало о себе знать чувство вины. Вспоминая свой телефонный звонок в агентство по усыновлению, Дора почувствовала себя плохо от сожаления и стыда.

Она знала, что Делла захотела бы, чтобы она поехала в Макао. И да, Арчи имеет право познакомиться с семьей своего отца.

Но ей было страшно потерять племянника.

Сейчас она имеет значение для Арчи и хотела бы, чтобы так было всегда.

А еще она опасалась Чарли, его целеустремленности и непримиримости. И этой запутанной тревожной ситуации между ними.

С другой стороны, можно пожертвовать несколькими неделями своей жизни в обмен на жертвы, которые сестра принесла для нее.

– Хорошо. – Она не смотрела ему в глаза. – Но я могу поехать максимум на две недели, а может, и меньше.

Просто надо было что-то сказать. Пусть знает, что не всегда может действовать по-своему.

– Давайте обсудим детали позже, – мягко предложил он.

Разумный довод не успокоил ее.

– Мне нужно идти, – резко сказала она.

– Конечно. Позвольте мне вас проводить.

В этом не было необходимости. Даже в ошеломленном состоянии она найдет дорогу к лифту. Но Чарли уже пошел перед ней. Стремясь поскорее сбежать, она пошла за ним, но тут бахрома на ее сумке за что-то зацепилась. Дора споткнулась и почти упала.

Ее пальцы сомкнулись на его бицепсах, и в течение секунды она смотрела на него широко открытыми глазами. Он находился так близко, что она заметила, как блеснули его черные зрачки в коричневой радужке.

Слишком близко.

Из ее легких словно выкачали весь воздух. Его кожа была такой же безупречной, как и черты лица, а запах дразнил обоняние.