Горячий танец смерти

Гуров, конечно же, не знал никакого Адама Демоса, это Виктория, когда полковник показал на таинственного парня, заявила, что он похож на этого знаменитого австралийского актера.

– Тем лучше для нас, – заявила она. – С такой внешностью он точно не растворится в толпе и за ним легче будет понаблюдать. Чую, не зря он во всех трех клубах засветился. Хотя и не в дни, когда были совершены убийства, но все-таки. Он вполне может быть дилером, который толкает наркотик. Через него мы сможем выйти и на остальных. И как это мы такого красавчика сразу не заметили и пропустили? – Виктория недоуменно и вопросительно посмотрела на Рустема.

– По мне, так никакой он не красавчик, – недовольно буркнул техник и добавил: – Пойду позову нашего Ивана-Тарзана. Пусть полюбуется на этого Демоса и вечером походит по клубам и поспрашивает о нем ребят с тусовки.

Рустем вышел, а Гуров взял перерыв, чтобы в очередной раз обдумать ситуацию. Тут-то ему и позвонил Станислав. Поговорив с ним, Лев Иванович налил себе кружку крепкого черного кофе и под удивленным взглядом Виктории выпил напиток практически залпом, не замечая ни вкуса, ни того, что кофе был обжигающе-горячим.

– Что-то случилось? – поинтересовалась она, присев рядом с Гуровым.

– А? – не сразу расслышал вопрос Лев Иванович, но потом до него дошла его суть, и он ответил: – Да. У одноклассницы дочь пропала. Приехала в Москву из Крыма на заработки и вот нашлась – в морге. Теперь думаю, как бы мне однокласснице эту новость сообщить… А ведь еще опознание нужно про- вести…

– Так, может, это не ее дочка? Пока она ее не опознала, есть шанс, что девушка в морге просто похожа на ее дочь.

– Оно, конечно, может быть и так, но вот только внешность уж больно приметная. Девушка – татарка по национальности.

– Ах вот как! – Виктория опустила голову и, немного подумав, спросила: – Мама девушки сейчас в Москве?

– Да. Прилетела вчера. Обратилась ко мне, чтобы помог. Вот и помог…

– А искал ее, я так поняла, ваш коллега, который вам сейчас звонил? И он же, как опять же я поняла, должен с ней съездить на опознание?

– Да, но вот я думаю, что, может, мне самому стоит с ней поехать? У Дины в Москве никого из родных нет.

– Хотите, я поеду вместе с вами и поговорю с ней? Я все-таки психолог и женщина. Думаю, что у меня лучше получится сообщить ей такую ужасную для нее новость.

– А вам не сложно? – оживился Гуров.