Профайлер

Раздосадованный, он умолк и потихоньку сунул полицейский значок, который собирался показать студенту, назад в карман.

* * *

Проводить время в компании этого парня оказалось на редкость скучно. Фан Му просто молча читал. Сначала Тай Вей делал вид, будто с нетерпением ждет выводов. Потом у него затекла спина, и пришлось пошевелиться. Потянувшись, полицейский удобно откинулся на заднюю скамью и огляделся.

Площадку, где до этого тренировался Фан Му, теперь заняли другие студенты. Они выглядели младше двадцати лет и отчаянно носились друг за другом, сражаясь за мяч и вскрикивая, а то и громко переругиваясь: аута не было, очко засчитано несправедливо… Наблюдая за их энергичной игрой, Тай Вей невольно вспомнил собственную учебу в полицейской академии, и уголки его рта поползли вверх.

Внезапно он осознал, что парень, сидящий с ним рядом, – тоже студент, как и эти беззаботные мальчишки, гоняющие по площадке; но насколько же они непохожи! На Фан Му словно лежала отметина, выделяющая его среди всех остальных.

Фан Му читал очень медленно. Голова его склонилась над бумагами, глаза пристально вглядывались в фотографии, отчеты с мест преступлений и заключения патологоанатома. Время от времени он отрывал взгляд от папки, и Тай Вей, думая, что парень хочет что-то сказать, с надеждой смотрел на него. Но Фан Му лишь бесцельно блуждал глазами по небу, не говоря ни слова, а потом снова опускал голову и погружался в материалы дела. Тай Вей заметил, что фотографиям с мест преступлений он уделяет особенное внимание.

Наконец студент поднялся и тяжело вздохнул. Снял очки, потер глаза и протянул папку обратно Тай Вею, пристально глядевшему на него.

– Преступник, которого вы ищете, мужского пола, в возрасте от двадцати пяти до тридцати пяти лет, ростом не выше ста восьмидесяти сантиметров и, вероятно, худощавый.

Полицейский подождал. Потом спросил, не удержавшись:

– Это все?

– Все.

Какое разочарование! Он-то думал, что получит точное описание убийцы: с указаниями на его внешность, образ жизни и семейное положение – в общем, что-то вроде того, о чем ему рассказывал Дин Сучен, а не эти несколько слов, расплывчатых и вялых.