Труп выгоревших воспоминаний

Разумеется, волосы стали мокрыми, а по моему лицу еще капала непроизвольными каплями вода. Мой взгляд игнорировал протянутую руку помощи. Я посмотрела невидящим взглядом сквозь напарника. Дверь уборной оказалась заперта и перегорожена желтой лентой. Толпа людей топталась неподалеку. Они заинтересованно перешептывались между собой, временами поглядывая на нашу парочку, но спешить в коридор не собирались.

– На моей практике встречались случаи ужаснее, но я впервые вижу чтобы профессионал от увиденного терял сознание.

 – Спокойно резюмировал Людовик.

– Вместо своих язвительных комментариев, – не удержавшись, вставила я, – лучше бы помог мне встать.

Людовик без лишних слов протянул мне руку. Я приняла ее и резко поднялась. Моя заинтересованность не раз приносила мне неприятности. Вот и теперь, вместо счастливых посиделок в кафе, нам придется расследовать новое убийство, взяв это дело под свое крыло. Я без зазрения совести положила руку на плечо напарнику.

– Звони Олегу. Мы берем это дело под свое крыло.

 – С неподдельной уверенностью в голосе сказала я.

Людовик хмыкнул, стряхивая мою руку со своего плеча. Он достал телефон из кармана своего пиджака и начал набирать знакомый ему номер нашего дорогого босса.

– Надо было тебе все же разрешить сходить тогда в уборную. – Мимолетом отметил он, не отрываясь от экрана мобильника.

Я ударила его рукой по спине и прошипела:

– Не дождешься.

Мария протолкалась мимо заинтересованной толпы. Ее волосы растрепались, а помада на губах слегка размазалась.

– Я вызвала погребальную службу и закрыла двери кафе на ключ. Никто не сможет выйти из заведения до конца разбирательств.

– Ты связалась с родителями детей? – Спросила у официантки я.

Она кивнула, не удостоив меня взглядом, и продолжила разговаривать с Людовиком, который в свою очередь приостановил набирание телефонного номера Олега. Он не любил параллельно разговаривать с кем–то и трещать по телефону.

– Нам нужны еще камеры видеонаблюдения.

Мария опустила голову, а я слегка покачала головой.

Ей не нужно оправдываться за отсутствие ума у администрации. Мы безмолвно переглянулись с Людовиком. Я уже знала, о чем он подумал. Отсутствие камер может усложнить нам расследование и научить меня всем тонкостям работы начинающей журналистки без словесного потока и прикрас.

Людовик махнул рукой, отпуская знакомую, а сам стал вести переговоры с Олегом. Я стояла, прислонившись к стене, и мимолетно наблюдала за изменением в лице моего напарника.