Труп выгоревших воспоминаний

– Почему?

– Сам посуди: зачем кому–то, пусть даже начинающему убийце, сначала убивать свою жертву, а потом расчленять ее тело? И не просто расчленять, а извращенно укладывать все разделанные части.

– Иногда человек совершает злое деяние не думая. – Заметил Француа.

– Меня больше интересует куда он дел глаза убитой. – Людовик достал из пиджака пакет с пистолетом, положив его на стол своего друга. – Проверь его на наличии отпечатков пальцев. Если это действительно новичок, то он может оставить следы.

– Не факт. – Я не верила в реальное осуществление теории напарника. – Насмотревшись фильмов о детективах, которых сейчас пруд пруди в интернете, любой начинающий убийца, пусть следующий из практических и фантезийных соображений, может носить перчатки, не оставляющие следы на предметах.

– Просто согласись. – Людовик подошел ко мне вплотную и смотрел на меня вызывающим взглядом.

– И не подумаю. – Я скрестила руки на груди.

Я не верила в простые совпадения.

– Яна, Марина попросила тебя зайти к ней. – Француа прервал наш cпор, грозящийся превратиться в очередной рабочий скандал.

Я кивнула, бес слов прощаясь с обоими, и поспешила к подруге. Лаборатория патологоанатома располагалась в подвале. В первый месяц нашей сплоченной работы, я с Мариной разговорилась и крепко сдружилась. Марина единственная разговаривала со мной на русском языке. И я была ей за это благодарна.

Быстро спустившись, я открыла знакомую металлическую дверь и вдохнула трупный запах, имеющий примеси нафталина и чего –то еще, пока не опознанное моему носу.

– Я нашла глаза. – Сообщила мне Марина.

– Где?

Я подошла к трупу. Марина успела накрыть тело несчастной белой простыней. Подруга сняла медицинскую маску и перчатки, в которых проводила предварительное вскрытие.

– Не удивительно, что вы не смогли их обнаружить с первого раза. Убийца наполовину вырезал в молочных желез небольшие круговые отверстия и опустил туда глаза, пришив их к телу неровными швами, используя не стерильные инструменты, а самую обычную нитку черного цвета и иголку.

Я поморщилась. Слышать все подробности непросто, а увидеть их воочию, вдвойне жутко.

– Пошло ли заражение кожи?

– Нет. – Марина посмотрела на меня. – Не успело. Вы пришли с Людовиком к единому мнению?

– Нет.