Рыжик для Миши

На кухне мама беззвучно бегала от стола к микроволновке, от стола к плите, от плите к микроволновке, повторяя свою беготню вновь и вновь. Юноша решил особо не обращать на действия матери никакого внимания и, взяв из холодильника бутылку с водой, бесшумно вернулся в свою комнату. Мама пребывала не в лучшем расположении духа. Миша знал с раннего детства: в такие моменты маму лучше не тревожить, по возможности не попадаясь ей на глаза. Вернувшись обратно в свою берлогу, он успел сделать пару глотков холодной воды, когда увидел что сестра одела вампирские клыки и подмигнула в камеру.

Миша прищурился. Ирка исчезла из поля зрения камеры. Парень неохотно выключил фильм. Зайдя в настройки, Костилев выбрал расширенный экран. Ирка выпрыгнула из окна, больше не появляясь в поле зрения записывающей камеры. Он недоуменно поводил мышкой по экрану, прежде чем выключил запись, облокотившись в раздумьях.

– Где же ты? –Пробубнил он.

– Здесь я, братишка. – Ирка положила руку на плечо брата, заставив Мишу вздрогнуть от неожиданности.

 – Ты слышал о личном пространстве?

– Не пугай меня так! – Воскликнул Миша, но, опомнившись, понизил голос. – Зачем ты сняла свой собственный побег?

– Я его не снимала. – Ирка кивнула на экран, нахмурившись. – Прежде, чем уйти, я выключила камеру.

Миша без лишних слов еще раз показал ей момент исчезновения сестры на экране.

– Ничего не понимаю. – Упавшим голосом прошептала она. – Я…

– Ты случайно не лунатишь?

– С чего бы? Мне и так неплохо живется.

Ирка слегка улыбнулась уголками губ. Она заметила камеру слежения лишь недавно, и, особо не придала этому никакого значения. До сегодняшнего дня. На кухне послышался звон посудного стекла. Миша вздохнул и подошел к приоткрытой двери. Присмотревшись в щель, до него стали доносится приглушенные рыдания матери.

– Может стоить позвонить Романовичу? – Тихо, почти шепотом спросил он у сестры. – Она стала бить посуду. Того и глядишь, выйдет из себя.

Ирка подошла к брату и встала рядом с ним.

Она слушала всхлипы матери и ,временами, сжимала руки в кулаки.

– Дай маме испустить пар. – Ирка поправила свои русые волосы. – Если через час не успокоится, позовем Романовича. Тебе мама что – нибудь говорила?

Миша неохотно повернулся к Ирке лицом. Он решил не отходить далеко от двери, прислонившись к ближней стене комнаты.

– Она рассказывала чушь про нашу семью.

– Какую именно? – Не отставала Ирка.