Дорога солнца и тумана

Я имею в виду, когда ты по-настоящему смеешься. Смех начинается тут. – Я дотронулась до его горла. – Но я чувствую его тут. – Я приложила пальцы к его груди.

И тогда мы оба почувствовали – вспышку чего-то огнеопасного, словно из костра выскочил горящий уголек. Наши глаза встретились, и Джек внезапно застыл как камень, напряглась каждая мышца на его торсе. Его грудь обжигала мою ладонь, словно все наши чувства сплавились там и превратились в обжигающую лаву. Потом он кашлянул и отошел на шаг.

– По-моему, тебе пора ложиться спать, – сказал он.

Я кивнула, потому что мне казалось, будто я стояла на рыхлом песке. У меня дрожали ноги и колотилось сердце. Должно быть, все дело было в трубке, потому что я стала как вареная макаронина – вся обмякла и обессилела.

Я уж не помню, то ли я шла сама, то ли Джек отнес меня в палатку, но он уложил меня в постель и закутал в одеяло.

– Спокойной ночи, Родел.

– Спокойной ночи, Джек, Джек, Джек, Джек.

Я услышала, как тихо стукнули его ботинки и заскрипела кровать.

– Это лев? – сонно пробормотала я. Он прозвучал словно рядом с нашей палаткой, но я слишком устала, чтобы бояться.

– Да. Но не так близко, как кажется. Львиный рык разносится на большое расстояние.

– И они делают это?

– Что делают?

– Муфаса. – Я зевнула. – Вот почему он, блин, считается королем джунглей.

– Муфаса?

Я повернулась лицом к Джеку, но он уплыл в густой туман.

– Неважн-н-но-о.

Я услышала, как Джек засмеялся в темноте.

– Ты рассмешила меня, Родел, – тихо сказал он. – Я давным-давно так не смеялся.

Глава 8

Мои веки налились свинцом, когда я открыла глаза. Я даже не сразу сфокусировалась на стропилах, пересекавших потолок. У меня во рту было горько, язык словно покрылся густой шерстью. Что-то было неправильно.

Потом я вспомнила. Палатка. Трубка. Танец с Джеком. Костер. Барабаны. Его сердцебиение. Джек, Джек, Джек, Джек.

Я повернулась на бок и застонала. У меня было что-то вроде похмелья после того зелья в трубке.

– Как ты себя чувствуешь? – Утренний голос Джека был хриплым и грубым.

Мы лежали в своих постелях лицом друг к другу.

– Нормально. – Мой ответ прозвучал так, словно я надышалась гелием. Не каждый день я просыпалась в одной комнате с огромным мужчиной. Или даже со средним. Или с кем-то, кто может обрасти за ночь щетиной.