Бумажный лебедь

Я проваливалась в его нутро.

Я чувствовала его зловоние.

Я дышала ужасом.

Он пожирал меня живьем.

Очевидно, мне что-то вкололи, я не знала, временный у меня паралич или постоянный.

Я не знала, изнасиловал ли меня похититель. А может, избил, искалечил?

Мне не хотелось выяснять.

Я не знала, вернется ли он. И если вернется – возможно, худшее впереди?

Ужас гнался за мной по пятам, однако в лабиринтах моих мыслей еще оставалась тихая гавань, куда он не мог добраться. Я забилась в этот спасительный уголок и сосредоточилась на колыбельной МамаЛу.

Вообще-то это была не совсем колыбельная, а песня о бандитах, страхе и опасности. Когда ее пела няня – ласково и немного мечтательно, – она меня успокаивала. МамаЛу пела по-испански, но мне запомнился сюжет, а не сами слова.

С гор Сьерра-Морена

Они спускаются, Cielito lindo[5 - Обычно эту фразу переводят как ласковое прозвище («солнышко», «ангелочек»). В то же время слово «cielito» образовано от «cielo» – «небо», а значит, у фразы может быть и второе, буквальное прочтение – «маленький кусочек неба».

Черные очи.

Cielito lindo, это контрабандисты.

Я представила, что лежу в гамаке, над головой – синее небо. Эстебан легонько, исподтишка толкает меня в бок, а МамаЛу поет нам, развешивая на веревке белье. Мои самые ранние воспоминания связаны с няней и ее сыном, с нашим полуденным отдыхом в Каса Палома. Цвели лохматые живые изгороди, над красным и желтым гибискусом жужжали колибри.

Ай-яй-яй-яй,

Не плачь – подпевай.

МамаЛу пела, когда мы с Эстебаном разбивали коленки или не могли уснуть. Пела, когда радовалась и когда грустила.

Canta y no llores.

Не плачь – подпевай.

Я не смогла сдержать слезы. Я заплакала, потому что не могла петь. Потому что язык меня не слушался. Я заплакала, потому что няне, синему небу и колибри темнота была нипочем. Я плакала, думая о них, и потихоньку ужас начал отступать.

Открыв глаза, я глубоко вдохнула. Меня по-прежнему окутывала тьма, однако теперь я ощутила качку.

Пожалуйста, окажитесь на месте.

Согнитесь.

Без толку.

Моя голова еще гудела после удара, но на фоне ритмичного «бум-бум-бум» я различила голоса. Они приближались.

– Вы часто проходите таможенный контроль в Энсенаде? – раздался женский голос.

Ответа я полностью не расслышала. Второй голос оказался низким, определенно мужским.

– …ни разу не было проблем на границе.