Незабытая: отчаянное сердце. Книга 1

И этот инцидент не был столь важным, на мой взгляд, хотя, безусловно, его свершение осознавать было прискорбно.

На эшафоте стоял человеческий мужчина с темными волосами и бородой, паладин без шлема – хоть он и был далеко, такие сияющие доспехи с изображением какой-то птицы не говорили ни о ком ином. Он манипулировал руками, и я видела прозрачные нити его магии даже с такого расстояния! Какая же у него была силища? А как много он знал? Например, о своем коллеге, который когда-то немного помог деревушке на границе Сиакурии и Бедфордии…

Громилы и Гула видно не было.

Чудовища на месте повешенных были мертвы окончательно. Толпа больше не металась в панике; практически каждый стоял спокойно, словно в забытье. Над всеми ними были нити заклинания того паладина. Это восхищало. А между тем, с разных концов города к площади стягивалась стража.

Я смазала с лица остатки маскировки, убедилась, что мой огонь не затронул крыши ближайших домов, и принялась искать глазами знакомые мне фигуры. Гулльвейг я нашла сразу.

Она тоже была под действием заклинания того паладина, но оно не ощущалось, как плохое, оно, скорее, дарило спокойствие.

Наблюдая, как паладин уходит и чувствуя, как от меня ускользает источник информации, я снова осмотрелась. Заклинание подействовало не на всех, поэтому я осторожно поднялась на ноги, поняла, что невредима и направилась к Гулльвейг. По дороге я думала о том, как снять с нее заклинание. Но оказалось, что достаточно было легонько дернуть ее за плащ. Она обернулась сперва удивленно, а затем нахмурилась, и спросила грозно:

– Что это было?

Я сразу поняла, о чем она, поэтому не видела смысла отпираться.

– Зло… – честно призналась я.

Гулльвейг мне не ответила, – ее отвлек стон раненых людей. Заклинание действовало и на них, но, видимо, имело свой срок и медленно начало спадать. Поэтому Гулльвейг вытерла лицо, ощущая, что в толпе тоже смазала свою «маску», молча отвернулась от меня и пошла помогать нуждающимся, подзывая синие нити своей магии.

Стража занималась тем же, но обычными средствами. В тот момент я не думала, что их стоило опасаться за попытку продать доспех по утру и за слова про некротическую магию. На фоне всего, что сейчас представало перед взором, это казалось мелочью, с которой не будут даже связываться.

Тогда я поискала глазами Сфинкса. Его я нашла быстро по какому-то внутреннему, незнакомому мне доселе чутью. Он лежал на земле, и это вызвало во мне беспокойство.