Застенчивый убийца

«О чем мы тогда говорим?»

– Когда она рассказала все твоему отцу? – все-таки продолжил Юханссон. – Эта женщина.

– Как мне представляется, примерно через год после убийства Жасмин. Вряд ли ведь после лета восемьдесят девятого, поскольку тогда папа закончил служить и вышел на пенсию. И из его слов я поняла, что это была пожилая женщина из его прихода. А также что она рассказала все, исповедуясь моему отцу, будучи сама тяжело больной.

– Но тебе неизвестно ее имя? Ты понятия об этом не имеешь?

– Нет, ни малейшего.

– Откуда тогда ты знаешь, что женщина говорила правду? Она могла иметь проблемы с головой. Или просто хотела привлечь к себе внимание. В этом нет ничего необычного, да будет тебе известно.

– Мой папа, во всяком случае, поверил ей. А он был очень умным человеком. Опять же, ему приходилось слушать всякое, и его было нелегко обмануть.

– Твой отец сказал, что она сообщила ему, кто это сделал?

– Нет, этого он не говорил. Во всяком случае, мне.

– А своему мужу, или сыну, или какому-то родственнику, соседу, товарищу по работе.

– Нет. Но я почти на сто процентов уверена, что она рассказала все моему отцу. Назвала имя.

– Откуда ей это было известно? Кто именно убил девочку?

– Не знаю. Мне известно только, что папа поверил ей, и это ужасно мучило его до самого конца.

– О’кей, о’кей, – сказал Юханссон. – Расскажи мне, как все происходило, когда отец поделился с тобой.

«Давай-ка с самого начала.

Бывший пастор прихода Бромма Оке Стенхольм умер от рака в возрасте восьмидесяти пяти лет в декабре прошлого года. Последние дни дочь находилась при нем неотлучно. Его жена, мать Ульрики, перешла в мир иной десятью годами ранее, а отношения отца с ее старшей сестрой складывались не лучшим образом. Последние годы они даже не разговаривали друг с другом. Поэтому Ульрика была для него единственным близким человеком. А также любимой дочерью.

Последние дни жизни он главным образом спал из-за сильных таблеток, призванных облегчить ему боль. За два дня до своей кончины, однако, он находился в полном сознании в течение нескольких часов и именно тогда поведал ей обо всем.

– Прежде всего он сказал мне, что не принял свою дневную порцию таблеток как раз по этой причине. Хотел сохранить ясный котелок, именно так он сказал, ясный котелок для разговора со мной.

– Ага. – Юханссон кивнул.