Язык шипов

Медведь вертелся волчком, яростно скреб шкуру и истошно ревел. Потом он отшвырнул цепь, к которой крепился капкан, рухнул на землю и принялся извиваться, как безумный.

– Ко мне, мои маленькие друзья, – крикнул Койя.

Блохи перескочили на лисью шубку, и Койя, несмотря на боль в перебитой лапе, помчался к своей норе, волоча за собой окровавленную цепь.

Тяжкий год провел лис, но слово свое сдержал. Хотя зуд от укусов сводил с ума, лис не чесался и даже бинтовал себе лапы, чтобы справиться с искушением. Из-за страшной вони звери избегали подходить к Койе, однако он мужественно терпел и не мылся.

Как только у него возникала мысль побежать к реке, лис заставлял себя посмотреть на цепь, что лежала в углу норы. Рыжий Барсук помог ему снять капкан, но Койя сохранил цепь как напоминание, что своей свободой он обязан блохам и собственной смекалке.

Навещала его только соловьиха Лула. Сидя на ветке березы, Лула насмешливо щебетала:

– Не такой уж ты умник, а, Койя? Все от тебя отвернулись, и шерсть твоя сбилась колтунами.

Ты стал еще безобразней, чем прежде!

– Это не беда, – невозмутимо отвечал Койя. – Без красоты прожить можно; единственная помеха для жизни – смерть.

Когда же обещанный годовой срок подошел к концу, Койя пробрался в ту часть леса, что граничила с фермой Туполева. Двигался он осторожно, старательно избегая капканов, что могли скрываться в зарослях. Лис затаился на птичьем дворе, и, когда один из слуг открыл кухонную дверь, чтобы вылить помои, Койя прошмыгнул в дом Туполева.

Зубами стащил с кровати фермера покрывало и выпустил на постель всех своих блох.

– Желаю отлично повеселиться, братцы, – сказал он. – Уж не обессудьте, к себе вас больше не приглашаю.

Блохи попрощались с лисом и заползли под простыни, предвкушая, как славно попируют кровью фермера и его жены.

На обратном пути Койя прихватил из кладовой бутылку кваса, украл из курятника цыпленка и оставил гостинцы перед входом в берлогу Ивана Гостова. Медведь подозрительно обнюхал подношения.

– А ну, покажись! – заревел он. – Опять вздумал меня одурачить, хитрый лис?

– Ты – мой спаситель, медведушка. Если хочешь, можешь мной закусить. Правда, мясо у меня сухое, жилистое, разве что язык мягкий и вкусный. Ужин из меня выйдет так себе, зато компания отличная.

Медвежий хохот сотряс всю округу, так что соловьиха Лула даже с ветки свалилась. Иван Гостов и Койя уплели цыпленка, запили его квасом и всю ночь рассказывали друг другу истории.