Штурм и буря

– И они… не пристают к тебе?

Тамара ухмыльнулась, сверкнув белоснежными зубками на фоне бронзовой кожи. Затем постучала по блестящему акульему зубу на шее, и я признала в нем усилитель.

– Не-а.

– О…

Не успела я и глазом моргнуть, как она достала еще один нож из рукава.

– Это тоже могло поспособствовать.

– Как ты их выбираешь? – выдохнула я.

– По настроению, – девушка перевернула нож и протянула его мне. – Штурмхонд приказал тебя не трогать, но если вдруг кто-то напьется и забудет о приказе… ты сможешь о себе позаботиться?

Я кивнула.

У меня не было тридцати ножей, прикрепленных к разным частям тела, но и беззащитной меня не назвать.

Тамара снова окунула голову в воду.

– Наверху играют в кости, да и выпить я бы не отказалась. Можешь пойти со мной.

Мне было плевать на азартные игры и ром, но и в каюте сидеть не хотелось. Мое тело вибрировало от использования силы против ничегой. Впервые за много недель я чувствовала прилив энергии и голод. Но все равно покачала головой.

– Спасибо, но нет.

– Ладно, располагайся. А мне пора собирать долги. Петр ставил на то, что мы не вернемся на шхуну. Клянусь, когда мы перелезли через перила, на его лице была запечатлена вселенская грусть.

– Он поставил на то, что вас убьют? – ошарашенно спросила я.

Девушка только расхохоталась.

– Я его не виню. Мы выступили против самого Дарклинга и его гришей! Все знали, что это миссия для самоубийц. Команда тянула соломинки, чтобы выбрать, кому выпала честь помирать.

– И вы с братом оказались в числе тех, кому не повезло?

– Мы? – Тамара замерла в дверном проеме. Волосы влажные, а лицо озарено ухмылкой. – Мы ничего не тянули, – сказала она, выходя в коридор. – Мы добровольцы.

* * *

Возможность поговорить с Малом наедине появилась только ближе к ночи. Нас пригласили отужинать в каюте Штурмхонда, и трапеза выдалась довольно странной. Еду подавал стюард – слуга с безупречными манерами, который был на несколько лет старше, чем все присутствующие на корабле.

Продукты оказались куда лучше, чем все, что мы ели в Новом Земе: свежий хлеб, жареный морской окунь и маринованные редиски. Запивалось все это сладким ледяным вином, после пары глотков которого у меня закружилась голова.

У меня сильно разыгрался аппетит, как случалось всегда после использования силы, но Мал почти не ел и помалкивал, пока Штурмхонд не упомянул о партии оружия, которую вез в Равку.