Царство теней

Обычно оборотни принимали форму животных: оленей, медведей, горных львов или любого другого животного, которое находилось поблизости в момент Падения. К тому же у них были рога, придававшие им демонический вид. Я знала, что Люк станет отличным наставником для моего младшего брата и научит его быть оборотнем. Все сложилось как нельзя лучше. У меня было хорошее предчувствие.

Но оно быстро испарилось, когда Майк превратился в большого черного волка с бархатными черными рогами и горящими желтыми глазами. Он напоминал одержимого.

Архангел замер на месте, и Линкольн медленно достал свой меч.

Что происходит!?

– Позовите Кларка! – рявкнул Линкольн кому-то за сценой, и весь зал задержал дыхание, когда Майк бросился на Рафаила.

Соскочив с места, я бросилась к сцене.

– Майк, нет! – крикнула я, но было уже поздно. Рафаилу пришлось схватить его за загривок и прижать к полу.

Линкольн поднял свой меч. Клинок вспыхнул голубым светом, и мой брат бросил на него яростный взгляд.

Это был не мой брат. Я знала, что Линкольн не причинит Майку вреда, но зачем он обнажил свой меч?

Я забралась на сцену, и взгляд Линкольна метнулся ко мне.

– Что случилось? – прошептала я.

Рафаил все еще держал моего брата, и это явно стоило ему больших усилий, потому что его руки тряслись от напряжения. Майк дернулся, пытаясь освободиться, но Рафаил еще больше навалился на него, усиливая свою хватку.

Оглядев толпу, Линкольн снова повернулся ко мне.

– Волк – стайное животное, – сказал он, понизив голос. – Во время первого обращения ими руководит охотничий инстинкт. Он перегрызет половину зрителей, если в ближайшие пару минут никто не приведет сюда альфу.

Что. За. Черт.

Я посмотрела на своего брата, и у меня чуть не подкосились ноги. Он был просто огромным, почти одного размера с медведем, в которого обращался Люк. Рафаил использовал всю свою ангельскую силу, чтобы удержать его на месте.

Демонический волк-переросток, ведомый своими кровожадными инстинктами.

Замечательно.

– Майк? – Я опустилась на одно колено и попыталась привлечь его внимание.

Повернувшись ко мне, он злобно зарычал, и я чуть не расплакалась от этого зрелища. Майк высвободил голову из хватки Рафаила и теперь клацал зубами, как бешеная собака, пытаясь меня укусить.

– Я не смогу его удержать, – процедил Рафаил сквозь сжатые зубы.

О. Боже. Мой.