Девушка-волк

Или они убьют вас обеих! – зарычал он, подавляя волчицу своей силой альфы.

Вдоль хвоста меня прошило болью, и жар вернулся. Меня как будто засасывало в вакуум: со всех сторон сдавливало, и что-то с силой ударило по спине, как бейсбольной битой. Мои глаза открылись: я увидела Сойера, который смотрел на меня с облегчением. Поднеся руки к лицу, я убедилась, что они человеческие.

– Сойер! – крикнул мужчина, и Сойер помог подняться, прикрыв меня своей спиной.

Как раз вовремя: на поляне показались Брэндон и Уолш – одни из тех, кто ехал со мной в фургоне сегодня.

Им хватило одного взгляда на меня – голую и прячущуюся за Сойером, который тоже был без рубашки, – чтобы тактично повернулись к нам спиной. Один из охранников пробормотал:

– Мы услышали вой, как будто волк попал в беду… и подумали, что ты…

– Я в порядке. Мы хотели пробежаться, – его голос дрогнул. – Дайте нам минутку, – скомандовал он, и они немедленно отошли за деревья.

– Одевайся, – сказал он, стоя ко мне спиной, как будто не видел меня только что совершенно голой.

О боже. Мне хотелось умереть от стыда. Руки дрожали, пока я натягивала трусы и лифчик, затем – футболку и шорты.

Я не очень много знала о вервольфах, но даже мне хватило ума понять, что случившееся считалось ненормальным. Абсолютно ненормальным.

Одевшись, громко кашлянула, и он повернулся ко мне. Я избегала его взгляда. Я чувствовала… стыд, ужас, страх.

Протянув руку, он взял мое лицо за подбородок своими теплыми пальцами и заставил посмотреть ему в глаза.

– Никому не говори о том, что сейчас случилось. От этого зависит твоя жизнь, тебе ясно?

Моя жизнь?

О боже…

В глазах у меня стояли слезы. Я кивнула.

– Никому, – надавил он. – Ни родителям, ни Сейдж, вообще никому. И не трансформируйся снова, если меня нет рядом.

Я тяжело сглотнула.

– Что… что это было?

Он вздохнул, отпустив мой подбородок, и задумчиво пригладил ладонью волосы.

– Дай мне время. Я покопаюсь в архивах.

Вот только его лицо говорило яснее всяких слов: он знает. Он знает что-то, но не хочет говорить.

– Сойер. Что я такое? – на этот раз мой голос звучал тверже.

В его глазах мелькнула жалость. Он заправил мне за ухо прядь волос. Лицо у него было такое печальное, словно он только что услышал очень плохие новости.

– Ты удивительная.

Я не это хотела услышать.