Девушка-волк

Ведьма поднесла медный нож к кандалам и одним движением разрезала браслет – тот со звоном упал на пол. Я вздрогнула, приготовившись к боли, но ничего не случилось. Она повторила то же с другим браслетом – нож резал металл, словно масло… но никакой боли не ощущалось. Я выдохнула с облегчением. Затем она положила ладонь мне на грудь, расставив пальцы так, что ее ногти впивались мне в кожу.

Сильно.

– Entora dilumin wolven forchesto, – начала она.

Ведьминский язык.

Я знала этот язык достаточно, чтобы распознать слова «волчья смерть».

Но еще прежде, чем я успела задуматься об их значении, мою грудь прошила нестерпимая боль. Я дернулась в руках Юджина, но он прижал меня к груди – меня словно зацементировало.

Я тонула в волнах паники и боли. Пришлось прикусить язык, чтобы не закричать.

Ведьма поднесла медный нож к моим волосам. Она отрезала прядь и положила ее под ладонь, которую все еще прижимала к моей груди. Мне было слишком больно, чтобы переживать из-за спонтанной стрижки. Из груди острая боль распространилась по позвоночнику и дошла до пальцев ног.

– Стойте! – закричала я, испугавшись, что сейчас отключусь.

Я вся вспотела. Волчица во мне рвалась на свободу – мои зубы удлинились.

Ох…

– Wolven risenoto becara, – прошептала ведьма.

И я умерла.

То есть ощущалось это именно так. Как будто меня переехал чертов грузовик, а потом то, что осталось, положили в блендер. Я потеряла сознание, а когда очнулась, мое тело безвольно висело на руках Юджина.

Он держал меня под мышками, а ведьма в другом конце комнаты протирала руки антисептиком, словно испачкалась о меня.

– Ты в порядке? – сочувственно прогудел Юджин у меня над ухом.

Я кивнула, и он усадил меня в кресло. Я обмякла, как опустевший мешок, и сидела, пытаясь отдышаться. Кожа горела, будто я слишком долго находилась на летнем солнце, и у меня возникло предчувствие, что завтра будут ныть все мышцы.

– Плата, – напомнила ведьма, протягивая гиганту свой телефон.

Юджин набрал что-то на планшете, бросая обеспокоенные взгляды в мою сторону, и ее телефон просигналил о новом сообщении.

Она посмотрела на экран и улыбнулась.

– Приятно иметь с вами дело.

Он сердито глядел ей в спину, когда она выходила из комнаты. Дверь за ней беззвучно закрылась.

Я уставилась на кандалы, разрезанные надвое и лежавшие на полу. Потом – на свои запястья. Там, где раньше находились кандалы, кожа была белая, хотя выше руки покрывал золотистый загар.