Корона Рико-Сантарио

Папе больше не оставалось ничего, кроме как, обняв ее в ответ и поглаживая по голове, просто дать время выплакаться, надеясь на последующие объяснения.

А Вайолет все плакала и плакала, сильно закусывая губу, чтобы не дать себе возможность закричать во все горло. Обида, тоска по тому, что она никогда не знала, страх от неясных последствий в случае раскрытия правды, который уже рисовал в ее воображении силуэт преследователя сегодня днем – все эмоции выходили сейчас со слезами. Мысли, картинки, воспоминания сменяли друг друга с неимоверной скоростью.

Сейчас Вайолет была шариком, наполненным водой, в котором от одного неловкого движения осталась небольшая брешь, становившаяся все больше и больше от давления воды, тугой струей стремившейся наружу.

Она знала, что пугает отца таким выплеском эмоций, но ничего не могла с собой поделать, хотя очень хотела объяснить причину своих слез, но каждый вдох превращался лишь в очередной всхлип. Кое-как собравшись с силами, она все же смогла в полголоса сказать:

– Я чувствую себя чужой.

Теплое дыхание в волосах было мягким и успокаивающим, и в один момент Вайолет перестала всхлипывать, будто все, что рвалось наружу огромной лавиной эмоций, уместилось лишь в одной фразе.

– Можно я расскажу тебе кое-что? – спросил через какое-то время Джонатан.

Она кивнула, не отрывая головы от его груди, стараясь продлить момент их с отцом единения как можно дольше.

– Это не история рода Фаулер, а лишь одного мальчишки, который всю жизнь мечтал служить Королю.

И очень в этом преуспел, знаешь ли. Стал гвардейцем. Поклялся, что отдаст жизнь за страну и Корону…

– Я не понимаю, к чему ты ведешь, – Вайолет покачала головой.

– Не торопись, – Джонатан продолжал нежно поглаживать ее волосы. – А потом он влюбился. И не просто в девушку, нет, в наследницу королевского престола, Принцессу. Понимал, что она никогда не обратит на него внимания и поэтому каждый раз, когда она проходила мимо, старался вдохнуть как можно глубже.

От нее пахло мандарином, розовым перцем и бергамотом. До сих пор помню этот запах.

– Пап… – Вайолет удивленно подняла глаза.

– Не перебивай отца! Но в один прекрасный день этот мальчишка успел предотвратить трагедию и поймать ее, когда лошадь вдруг встала на дыбы и сбросила ее с себя. А через год он женился на ней, дав еще одну клятву – защищать до последней капли крови.