Нейромир

В новом мире не будет деления на господ и рабов. Все будут равны, будут уважать друг друга. Мы все будем свободными.

– Что за хрень? Такое не может быть. Боги поделили людей на рабов и господ. И стали властвовать над ними.

– Значит, таких богов надо скинуть.

В темноте не было видно, но Безымянный понял, что рты рабов раскрылись в беззвучном “Ах!”, а кто-то даже быстро закрыл рот рукой.

– Сила богов в вере в них. Если в них не верить, то что они могут? Если мы вообразим новый мир, то сможем его создать. Все вместе, как равные.

– Не может быть такого! – сказал раб.

– По вере твоей воздастся тебе. Если ты не веришь в такой мир, то будешь и дальше жить в этом и носить камень наверх, пока не сдохнешь, вместо того, чтобы просто поверить и что-то изменить. В любом случае, у вас есть два пути. Либо вы меня бьете, рискуя за это получить от Диоры, потому что я ее подкидыш, либо, вы можете даже не верить в меня и новый мир, но я поверю в вас и завтра вы легко сможете поднять весь камень наверх, будто это пушинка.

Рабы переглянулись, постояли немного и ушли. Безымянный продолжил смотреть на звезды, любуясь их бесконечностью, зажигая и гася для создания созвездий.

Глава 6. Урок

Когда прозвучал горн на побудку, Безымянный уже знал, что ночные гости все пересказали, и теперь только от веры рабов зависело, смогут ли они поднять камень. Дион первым взялся за ящик, оставленный еще со вчера, и легко понес его наверх под внимательные взгляды других рабов.

Один из рабов, по фигуре похожий на вчерашнего визитера, стал третьим. Он немного постоял перед ящиком, примеряясь. Потом взял в руки. Не так легко, как друзья Безымянного, но намного легче, чем мог бы ожидать.

– По вере твоей будет и груз твой, – сказал Безымянный. Тот в ответ улыбнулся и понес ящик.

Сразу же остальные рабы стали разбирать ящики. Кто-то брал по одному ящику, некоторые сразу три.

Безымянный огляделся и обнаружил шатер наверху, из которого вышла Диора. Девушка была прекрасна, стройна и изящна в движениях. Яркие цвета ее хитона резко контрастировали с пылью дороги, лохмотьями рабов и песчаным пейзажем. Она не торопясь подошла к столу на краю, явно не опасаясь упасть, и села к роскошное кресло. Тут же рабы принесли бутылки красного вина и еду.