Рождённый в чужой стране. Время перемен

Я вернулся в пятую палату.

Пока я отсутствовал, к нам доставили ещё одного. Когда я вошёл, над ним уже нависал Евсей. Новенький был наркоманом. Правда, не системным. И передач ему не предвиделось.

– А ты что здесь делаешь?! Уже сончас начался! А ну, вали в свою палату! – прикрикнул на страждущего один из пациентов-надзирателей, вошедший в карантинную следом за мной.

– Всё-всё, иду, – торопливо согласился Евсей, в очередной раз оставшийся ни с чем. – Уже и на секунду зайти с друзьями поговорить нельзя…

– А это что за ком с горы? – спросил я у Шестакова, когда Евсей и надзиратель ушли.

– Их сюда с тюрьмы перевели.

– Два Рэндла Патрика МакМёрфи на отделение?!

– А что тебя удивляет? – поинтересовался Шест, который «Пролетая над гнездом кукушки» не смотрел и уж тем более не читал, а потому понял меня по-своему. – Стандартная тема! Косяки за ними. Какой за кем конкретно – не в курсе. Может, стучали козлы, да дело вскрылось… Вот и убрали их с зоны от греха подальше.

– Да уж, в жизни всё прозаичнее…

– Прозаичнее или не прозаичнее, но с этими уродами лучше не связываться – по-любому крайним останешься. Ромка вон схлестнулся. Он нормальный пацан, но из-за этих гондонов теперь в четвёртой буйной палате чалится.

Едва объявили сончас, я принялся за чтение. Оторвался от книги, только когда меня вызвали вниз, к посетителю.

Пришла Полина. Принесла штук десять крупнокалиберных бутербродов и литровый термос с кофе.

– Судя по тому, как ты их уплетаешь, кормят здесь плохо, – посочувствовала подруга.

Я попытался ответить ей, не переставая жевать. Но она, конечно, ничего не разобрала.

Дожевав и проглотив остатки бутерброда, я запил его кофе и повторил уже более или менее внятно:

– В прошлый раз с питанием было лучше. Правда, тогда и отделение было другое.

– Сравнил! Стационар и… дневной стационар. Что у вас тут интересного происходит? Тебя не обижают?

– У нас тут всё интересно, – пробормотал я, протягивая руку к следующему сооружению из колбасы, сыра и хлеба.

– Тебя забьёшь!

– Приятно, когда в человека верят, – поморщившись, пробурчал я и откусил от бутерброда почти половину.

Неподалёку от нас на скамейке пристроилась парочка – прикинутая[24 - Прикинутый, прикинутая (разг.) – новомодный, стильный.] девушка и молодой человек, на котором из одежды были только шорты и сланцы.