Азбука едет по России (сборник)

– Не прямо против ветра, – сказал Тиммерман, обиженно надувая толстые щёки и шею, – а вот так…

И он показал рукой, как лавирует бот.

Юноша легко вскочил на борт и потрогал мачту.

– Хороша ладья! – сказал он.

Лёшка стоял в стороне и с опаской поглядывал на кучу рогожи, лежавшую на корме бота. Тиммерман угрюмо смотрел на судёнышко.

– Бот старый, гнилой, – пробурчал он, – плавать на нём нельзя, он утонет. Пусть уж лучше останется в сарае.

– Починить можно! – весело отозвался юноша. – А что там, на корме?

Юноша шагнул в бот.

Юноша расхохотался:

– Вот ты где прячешься, Фёдор! А тебя по всему Измайлову царицыны люди ищут. Хитрец!

– По вашей воле, господин бомбардир, – мрачно проговорил Фёдор.

– Кто же тебя кормит?

– А вон парень, Лёшка Бакеев, сторожев сын. Такого страху я набрался, сил нет. Приходили сюда стремянные[18 - Стремянные – стрельцы, сопровождающие царя во время поездок, царская стража.

– Отец твой упрям, как колода, – сказал юноша-бомбардир, – вынь да положь ему сынка! Он до того меня доведёт, что я его прогоню. Ну что ж, сиди!

Он повернулся к Лёшке:

– Эй, поди сюда, парень! Тебе зачем бот нужен? Ты на нём плаваешь, что ли?

– Я на нём играю…

– Во что же ты играешь?

Лёшка хотел сказать: «в казаков», но, поглядев на Тиммермана, сдержался.

– В море.

Юноша расхохотался звонко и искренне.

– Так ты мореход?

Лёшка смотрел на его смеющееся лицо и растрёпанные ветром длинные волосы. Этот бомбардир с каждой минутой всё больше ему нравился.

– А что ж? – неожиданно сказал Лёшка. – Ежели починить ладью да на воду спустить – вот-то поплывём!

– Кто же поплывёт?

– Да мы с тобой, бомбардир!

Высокий юноша снова расхохотался. Смех его звучал всё задорнее.

– Разве ты умеешь плавать?

– Ну, я-то, положим, не очень, – признался Лёшка, – а отец мой по морю Каспию ходил, а дед, бают, и до самого города Веденца добирался, что на воде стоит…

– Где твой отец? Приведи его ко мне!

– Ан нет его, помер, – отвечал Лёшка.

Высокий юноша несколько минут сосредоточенно поглядывал то на бот, то на Лёшку.

– А ведь правда твоя, парень, – промолвил он вдруг. – Мейнгер, вели-ка бот вытащить на Яузу.

– Нельзя! – сердито ответил Тиммерман.