Выбор

Свенельд нахмурился, сдерживая нарастающий гнев, вызванный замечанием жены. Власта была права. Ему необходимо выговориться.

– Сегодня произошло интересное событие, которое у меня вызывает двойственные чувства. Я не могу понять, чего больше – злости или любопытства.

Свенельд сделал паузу, пытаясь разобраться в себе. Власта попыталась что-то сказать, но он остановил ее, подняв вверх руку. Власта покорно замолчала, и Свенельд продолжил:

– Сегодня молодая княгиня не ночевала во дворце…

– Почему это злит тебя? – Власта все же заговорила, выждав некоторое время.

– Потому что мне это непонятно. Какова причина ночной отлучки? Какие у нее мотивы? Ночью – значит, тайно. А тайно – значит, с недобрым умыслом.

– Теперь ясно твое любопытство. – Власта выглядела абсолютно равнодушной, и это вновь разозлило Свенельда.

– Ничего не ясно! – резко перебил он жену. – Любопытно мне по другому поводу. Мне очень хочется разобраться, как я могу использовать это происшествие.

– Ты послал за ней шпиона? – Власта тоже повысила голос.

Воевода невольно поморщился, но стерпел выпад жены.

– Конечно, послал, но его до сих пор нет. Ты можешь что-нибудь предположить о Марфе? Я скоро буду у княгини и еще не решил, докладывать ей об этом или нет.

– Мне мало что известно о Марфе. Мы с ней не подруги. Ты же знаешь, что я не в числе фавориток княгини и бываю во дворце лишь по необходимости. Как-то не с руки мне прислуживать Ольге. Мой род древней, и будь в мире больше справедливости, Ольгу не допустили бы мыть мне ноги.

– И все же, как мне поступить?

– Ты слишком заботишься о княжеском роде и целомудрии членов их семьи. – Голос Власты был наполнен такой уверенностью, что Свенельд невольно почувствовал себя ее подчиненным. – Достаточно того, что ты обеспечиваешь их безопасность. Твой предок Аскольд правил этим городом, пока семейство Рюриковичей не захватило его. Ты больше Ольги достоин быть князем на этой земле.

Свенельд не возражал, когда Власта упрекала его в излишнем усердии, ради того, чтобы снова и снова слышать слова о своем исключительном происхождении и своих неизмеримых достоинствах. Перед глазами возник образ княжеского трона, далекого и недостижимого.

– Ты отлично знаешь, что дружина после смерти Игоря верна Ольге, народ ею доволен, да и прочие князья – на ее стороне. Любая моя попытка сменить власть в Киеве провалится.

– В твоих руках есть сильное оружие.