Полигон смерти

– Насколько нормальные? – уточнил доктор.

– На «полицейский разворот». По зимнику.

– Думаете, до этого дойдёт? – удивился Ольшанский.

– Обязательно дойдёт, – обнадёжил Гордеев. – Чего спросил: в общем-то, я и сам могу, но… на сухом асфальте. А там будет каток с буграми.

– Сделаем. – Доктор оживленно потер ладони и без приглашения полез за руль. – Движок форсированный?

– Обязательно, – кивнул Гордеев, занимая место рядом с водителем и непринуждённо переходя на «ты». – Уверен, что сделаешь «полицейский разворот» на «зимнике»? Гели за обочину вылетим, там сугробы по горло, без эвакуатора не вылезем.

– Сделаем, – уверенно заявил доктор, поворачивая ключ в замке зажигания. – Только предупреди заранее, чтоб в маневр без рывков войти.

* * *

Двигатель «Волги» тянул оборотисто и солидно, словно под капотом сидел приличный дизель, мы быстро разогнался и помчались к городу (аэропорт здесь расположен на выносе, километрах в пятнадцати от городской окраины).

Не успело здание аэровокзала скрыться в слабенькой снеговой завесе, Гордееву кто-то позвонил.

Выслушав абонента, чекист с мрачным удовлетворением пробурчал «да кто бы сомневался!» и, посмотрев поочередно в верхнее и боковое зеркала, задал вопрос в пространство:

– Ну что, гости дорогие… «хвост» видим?

Доктор вопрос проигнорировал, Ольшанский делано зевнул, а я с умным видом уставился в зеркало. На магистрали было довольно оживлённое движение, в такой обстановке вот так с ходу вычислить «хвост» непросто даже опытному оперативнику.

Однако каких-либо явных признаков «несанкционированного сопровождения» я не обнаружил (например, попыток подстроиться под скоростной режим «объекта», или видимого невооруженным глазом телеметрического оборудования), поэтому добросовестно ответил:

– Нет, не видим.

– А он есть! – уверенно заявил Гордеев.

Ольшанский протер перчатками запотевшее заднее стекло, бегло оценил дорожную обстановку и сообщил:

– Вон тот светлый седан: восемьдесят метров, второй ряд.

– Точно. – В тоне Гордеева негромко звякнула уважительная нотка, и он с интересом посмотрел в зеркало на Ольшанского. – Как определил?

– А что, есть другие варианты? – Ольшанский пожал плечами. – Это единственный кандидат.

Такой ответ Гордеева вполне удовлетворил, а меня – нет. На мой взгляд, за нами катят десятка полтора таких кандидатов, и любой может с равным успехом претендовать на роль соглядатая.