Изгой

На рынке мы приобрели две безразмерные китайские толстовки радикально-черного цвета. Толстовки были нижайшего качества, какое только можно себе представить, но с капюшонами. Кроме того, они благоухали то ли горелой проводкой, то ли какой-то трудновыводимой химией, но из всего представленного ассортимента Ленка остановилась почему-то именно на них.

Ну что вам сказать? Это был откровенный глум – тут даже терпеливый Федя возмутился:

– Ты можешь меня пристрелить – но я не буду носить эту дрянь!

– Аналогично, – поддержал я.

Развеселый китаеза-продавец поддал жару:

– Есили путити прать опт – твацат и полше, там сикитка твацат пят працент.

– Если будешь лезть с советами, мы тебя на двадцать пять процентов укоротим, – вполне серьезно пообещал Федя.

– И тогда твоя карьера мгновенно пойдет в гору, – добавил я. – Я слышал, в лилипутинском цирке как раз не хватает актера на амплуа камикадзе.

Китаеза задорно сверкнул желтыми клыками:

– Ну, хасяин – парин! Есили шьто – я всигта тут!

– Давай две, – по-хозяйски распорядилась Ленка.

 – Будем мерить.

– Но зачем?! На фига они нам нужны?!

– Во-первых, они заявлены в сценарии, – сообщила Ленка.

– Это не аргумент.

– Во-вторых, носить никто не заставляет: наденете на полчаса, потом снимете, выбросите и забудете о них навсегда,

– Нет, а какая вообще необходимость? – уперся я. – Есть какое-то рациональное объяснение? Если это только твоя прихоть – извини, ты не заставишь нас.

..

– Прихоть здесь ни при чем, – Ленка – само терпение. – Выбор одежды в данном случае продиктован здоровой целесообразностью и некоторыми особенностями человечьего восприятия.

– Ну еппп... – нахмурился Федя. – А попроще?

– То есть мы натянем капюшоны, застегнемся под горло и останемся в памяти широкой публики как два шизанутых куклуксклановца местного замеса, – быстро сообразил я. – Два этаких остроголовых силуэта с горящими взорами и начисто смазанными в тени капюшонов лицами – верно?

– Точно, – кивнула Ленка.

 – Кроме того, это еще отчасти и антиопознавательный трюк. Службы наверняка будут использовать эту запись в разыскных целях. В таком случае эта нелепая мешковина встанет на первое место в сопряженном с вами ассоциативном ряду и забьет собой более значимые детали, способствующие вашей аутентификации.

– За-ши-бись, – досадливо протянул Федя.