Копенгагенский разгром. Приключения графа Воленского

Я и сам был не в восторге от предстоящей встречи. Но меня больше огорчала роль печального вестника, чем судьба впавшего в немилость сановника.

– Ты еще молод. Тебе не понять, – помолчав, сказал Феклистов.

– А ты будто стар! – буркнул я.

– Нет, еще нет, – с готовностью согласился Артемий. – Но я уже в том возрасте, когда понимаешь, что времени впереди не так уж и много.

– Я слышал, что Лондон на многих навевает тоску и скуку. Что-то тебя потянуло на философию. Может, заразился английским сплином? – сказал я.

– Просто я думаю, насколько это разумно со стороны государя нашего Павла Петровича поручать столь важное дело человеку, которого год назад он прогнал со службы, а теперь еще имения отобрал.

– Ты что? Ты это серьезно? – хмыкнул я.

Артемий молчал, провожая взглядом угловатые эркеры с большими окнами, в которых мелькали англичашки. Многие топили камины, из чего я заключил, что ночи в Лондоне пока холодные. Над трубами взвивался дым. И казалось, что мы вдыхаем угольную пыль.

– Кто его знает, – задумчиво промолвил мой спутник. – Поставь себя на его место. Ты получил от жизни все, о чем мог только мечтать. Ты генерал от инфантерии, служил послом, был обласкан многими почестями и царской милостью. И вдруг – все идет прахом! Но одновременно предоставляется случай единым разом восстановить богатство…

– Но как? Каким образом?! – воскликнул я.

– Сударь, ты помнишь, что ты должен получить из рук графа? – ответил Артемий с некоторым раздражением, словно сердился на мою непонятливость.

– Что за фантазия?! – фыркнул я. – По-твоему, граф Воронцов не выдаст нам ящики?! И что же он скажет?! «Передайте императору: покамест не вернет мне имения и не восстановит в должности, я не отдам…»

– Напрасно иронизируешь, – перебил меня Феклистов. – Он конечно же все отдаст. Но где гарантия, что по пути из Лондона мы не попадем в засаду?

– Да что ты такое говоришь?! – Я хлопнул себя по коленям. – Он же не разбойник!

– Но может нанять разбойников, – стоял на своем Артемий.

– Сожалеешь? Может, возвратиться и отдать им золотые монеты? – хохотнул я.

– Воронцову не составит труда найти нужных людей. – Феклистов не обратил внимания на мои ерничанья.

– Не имею удовольствия знать графа Воронцова лично, – сказал я, – но поверить в такое не могу.