1812, год зверя. Приключения графа Воленского

Я любовался и думал: а если сказать кому-нибудь из них, что именно в эти минуты здесь в двух шагах от них разыгрывается драма и эта драма непременно отзовется на их судьбах? Вот и вчера кто-то проходил мимо, смеялся, барышням любезности говорил в тот самый момент, когда убийца всаживал нож под лопатку Гржиновскому. Генерал Вилсон задумал установить наблюдение за французским агентом, но, видимо, просчитался. Связник шпиона оказался хитрее и жестче, получил нужные сведения и оборвал нить.

К гостинице подъехала карета.

Дородный господин спустился на землю и прошел в сени. Через минуту появился заспанный отрок, тот самый, что накануне обслуживал нас. Он распахнул дверь, ногою заткнул под нее кирпич и взялся перетаскивать багаж из кареты. Управившись с чемоданами, мальчишка отправился вверх по улице по своей какой-то надобности.

– Извозчик, ну-ка догони его, – велел я Жану. – Заберем мальчишку и сделаем круг!

Мосье Каню тронул вожжи, коляска покатила, и мы поравнялись с плетущимся отроком. Я приоткрыл дверцу, схватил подростка за ухо и втащил в коляску.

– А-а! – взвыл он.

– Тихо сиди! – шикнул я, пихнув пленника на сиденье напротив себя.

– Вы?! Вы?! Это вы?! – воскликнул он, потирая ухо, и вдруг заверещал. – Тятенька! Отпустите меня!

– Тихо! – повысил я голос и придавил мальчишку шпагой в ножнах.

Он округлившимися глазами посмотрел на меня, затем на ножны и притих.

– Так-то лучше, – произнес я. – Ну и что ты раскричался: вы?! вы?!

– Это же вы! Вы были у поляка-то, – страшным шепотом выдавил мальчишка и перекрестился.

– Что ты несешь?! – с угрозой в голосе спросил я. – Мы были у мадемуазель Мими…

– У мадемуазель? – переспросил подросток, глядя на меня с недоверием. – Так она же на другой половине квартируется! И у нее был господин Захарьин…

– Замолкни! – велел я. – Отвечай на вопросы. Если расскажешь все без утайки, я тебя отпущу! Будешь врать, отправлю на дыбу! В Преображенский приказ! Понял?

Мальчишка закивал с рабской поспешностью, и я опустил шпагу.

– Что за поляк? Что ты знаешь о нем? – спросил я.

– Шляхтич, пан Гржиновский, – сказал отрок. – Убили его!

– Кто приходил к нему? Запомнил? – я повысил голос.

– Никто, – парнишка задрожал. – Вот только…

Он умолк, вытаращив на меня испуганные глаза.

– Мы? – закончил я.

Он кивнул и всхлипнул.

– А до нас?

Мальчишка отрицательно помотал головой.

– Вот только господин, что был с вами, – промямлил отрок.

– Какой господин? – спросил я.