1812, год зверя. Приключения графа Воленского

И к тому же, – собеседник с сожалением вздохнул, – с недавних пор удостоиться аудиенции его величества стало возможным только после аудиенции у графа Аракчеева.

Я испытывал досаду, но в душе понимал, что граф Румянцев прав. Лондон принимает самое действенное участие в переговорах со Швецией. Британский кабинет выделил миллион фунтов стерлингов на то, чтобы наследный принц Карл XIV Юхан Бернадотт стал сговорчивее, подписал договор с Россией и предпринял дополнительные шаги, которые развязали бы руки российскому императору на северо-западном направлении.

Но одна мысль огорчала меня. Мои донесения требовали немедленных действий. Если император удостоит меня аудиенции только на пути в столицу Великого княжества Финляндского, значит, меры будут предприняты лишь по возвращении. А вопрос был из числа таковых, когда промедление смерти подобно.

Что было делать? Доверить сведения кому-то из высших сановников? Но кому? Что, если по случайности, я откроюсь именно тому, кто недостоин доверия? Я хотел доложить лично его величеству, а уже он, государь император, пусть решает, кому препоручить следствие.

А тут еще Аракчеев! Я знал, что он сделает все для того, чтобы я не попал на прием к государю императору!

Глава 2

Уверенный, что граф Аракчеев ни за что не допустит меня до его величества, я подумывал о том, чтобы навестить княжну Нарышкину и через нее добиться высочайшей аудиенции.

Но в предположениях своих государственный канцлер ошибся: государь принял меня на следующий день. Война ничуть не изменила его манеры держаться. На губах его величества блуждала несколько застенчивая, даже смущенная улыбка, но при этом он выглядел величественно, как и должно повелителю великой империи.

Наш разговор проходил с глазу на глаз. Государь император пригласил меня в кабинет и приказал адъютанту принести нам кофия.

– Рассказывайте, Андрей Васильевич, рассказывайте по порядку, – Александр Павлович улыбнулся. – Во-первых, что у вас случилось вчера?

– Посыльный, ваше величество, явился посыльный от генерала Вилсона, и пока камердинер докладывал, неизвестный проник в дом и убил посланника от англичанина. Я думаю, несчастный мог что-то добавить к некоторым имеющимся у меня сведениям.

– А что же полиция? – спросил Александр Павлович.