Майор Пронин и букет алых роз

 – Ты бы купил Наташе конфет…

При всех затруднительных обстоятельствах Анохины обращались за помощью к Наташе Сомовой, и не было еще случая, когда бы она их не выручала.

– Хорошо, – сказал Анохин. – Я схожу в поликлинику.

Машенькой они, конечно, нагрузили Наташу. Анохин и Шура вышли из дому вместе; она побежала на завод, он пошел в поликлинику.

– Ты скажи в цехе, – попросил он жену, – что я заболел…

На самом деле он отправился совсем в иную сторону.

Он подошел к знакомому зданию, вошел в бюро пропусков, спросил, как найти лейтенанта Евдокимова.

– Вы Анохин? – спросил из окошечка старшина.

– Да, – с некоторым удивлением сказал Анохин.

– Имя–отчество?

– Павел Тихонович.

– Правильно.

Старшина порылся в пачке готовых пропусков и протянул один из них Анохину.

– Как… – начал было Анохин.

– Пропуск вам заказан, – сказал старшина. – Получите. Вас ждут…

И вот в руках у Анохина опять, как и тогда, два года назад, пропуск в комнату № 427, он опять входит в знакомый кабинет.

5

Тот же желтый письменный стол, те же стулья, обитые коричневым дерматином, шкаф с книгами.

Евдокимов все такой же простой, симпатичный парень, он никак не изменился, также зачесаны назад гладкие русые волосы, также пытливо смотрят на вошедшего голубые глаза, только на погонах прибавилось по звездочке: он уже не просто лейтенант, а старший…

– Здравствуйте, Павел Тихонович, – приветствует он Анохина. – Рад вас видеть.

– Почему? – спросил Анохин. Евдокимов смущенно улыбнулся.

– Это не имеет существенного значения. Существенно то, что человек, толкнувший вас под машину, успел скрыться. Но мы его разыскиваем и, конечно, разыщем. В этом вы не сомневайтесь.

– Я не сомневаюсь, – машинально сказал Анохин. – Но меня удивляет… Даже, вернее сказать, я поражен тем, что…

Он осекся, будучи не в состоянии выразить всей полноты своего изумления осведомленностью Евдокимова.

– Раз вы решили стать честным человеком, наша обязанность оберегать ваш покой и вашу жизнь, как мы оберегаем покой и жизнь всех советских людей, – оказал Евдокимов, как бы прочитав мысли Анохина.

– Неужели все эти годы вы следили за мной?! – воскликнул Анохин с оттенком горечи.