Земля волшебника

Нетопыри пищат, птицы галдят, медведи ревут, волки воют, конеглавы – пегасы, единороги и обычные говорящие лошади – ржут, естественно. Грифоны и гиппогрифы тоже галдят, но ниже, в баритональном тембре – кошмарные звуки. Минотавры мычат, существа с человечьими головами – единственные, кого Элиот до сих побаивается – вопят. Сатиры с дриадами еще ничего, а вот мантикоры и сфинксы хоть на кого жуть нагонят.

И так далее, вплоть до нижнего великанского регистра, басов и топота. Глупо, конечно: выставил бы своим бойцом великана, и тот мигом трансформировал бы квадратного лорианца в лепешку.

Впрочем, это было бы неизящно.

Весть о лорианском вторжении даже как-то взбодрила Элиота. Созываем знамена, выступаем на войну! Вспоминались древние протоколы и формулы. Оружие, доспехи, сбрую, фляги – боевые, а не парадные – извлекали из кладовых, чистили, полировали и смазывали. Походное снаряжение пахло, кроме пыли, легендарными победами и славными подвигами. Элиот упивался ароматом эпической старины.

Вторжение было весьма неожиданным.

Лорианцы во все времена вели себя хуже некуда: похищали принцев, выгоняли говорящих лошадей на пахотные работы, навязывали всем своих псевдонордических богов, но при этом уже много веков не вторгались в пределы Филлори. Междоусобные стычки не позволяли им достигнуть требуемого для этого уровня организованности.

Предполагалось также, что Северные горы заколдованы против нашествия. Когда вся эта заваруха кончится, надо будет разобраться, почему не сработали чары.

Элиот сразу же выступил навстречу врагу, но перспектива смертного боя не очень его вдохновляла. Это ж не Толкин все-таки: сражаться предстояло не с орками, не с троллями и не с гигантскими пауками, геноцид которых можно осуществлять без каких-либо моральных ограничений. Лорианцы, насколько известно, люди – в отличие от тех же орков, не имеющих биографии, жен и детей, – и убивать их нельзя. Некоторые даже и собой вполне ничего. Притом книги Толкина – это вымысел, а Элиот, как верховный король Филлори, не имеет ничего общего с сочинительством.

Ему и с фактами хватает проблем.

Ох, непростое это дело, отражать супостата. Опыт – довольно ограниченный, надо признать – говорил Элиоту, что благородство очень скучная штука.

Все преимущества, к счастью, были за филлорийцами. Они превосходили врага во всех отношениях. Лорианцы – это банда ребят с мечами, а филлорийцы – «Чудовищная книга о чудовищах» в живом виде, и возглавляют их правители-чародеи.