Оперативно-розыскной отдел. Боевик-детектив-боевик

Разноцветное кольцо артистов немного раздвинулось освобождая проход к лежащей девушке, и пропустив группу, вновь сомкнулось.

Кулагин почти физически ощущал устремлённые на него и его людей взгляды. Они словно бы спрашивали, нет, почти требовали сиюминутного ответа: «Кто виноват?»

И он ответил, не кому-то одному, а всем сразу. Он громко, словно убеждая и обещая, стоявшим плотным кольцом артистам, сказал: «Мы разберёмся!»

Затем, склонившись к уже осматривавшим девушку эксперту и следователю, тихо спросил:

– Надежда Константиновна, каков ваш вердикт?

– Она сразу умерла.

– А вы как считаете? – обернулся он к Петру Степановичу.

– Обыкновенный несчастный случай. Девчонка оказалась слабоватой в коленках, ответил следователь.

Кулагин краем глаза уловил брошенный на следователя удивлённый взгляд Надежды Константиновны, и услышал её шёпот: «Нельзя же так, Пётр Степанович, у нас ещё нет технической экспертизы».

Дослушав ответ эксперта и следователя, майор выпрямился, и обведя взглядом приехавших с ним людей, приказал:

– Николай Николаевич и вы. лейтенант – займитесь опросом свидетелей.

Вы, Пётр Степанович, знаете свои обязанности, а вы, Надежда Константиновна, займитесь девушкой. Да, не забудьте захватить её реквизит.

– Товарищ майор, можно уже увозить её? – спросила эксперт, – машина уже здесь.

– Да, если вы закончили осмотр.

– Закончила. На первый взгляд, Алексей Викторович, несчастный случай.., – задумчиво произнесла она.

– А, вы чем займётесь, товарищ майор? – поинтересовался стажёр, лейтенант Витенька.

– Я? Я начну с беседы с директором цирка, а с остальными займётесь вы. Если понадобится моя помощь – зовите.

И повернувшись к артистам, обвёл оценивающим взглядом примолкших, смотревших на него с любопытством, и некоторой долей надежды, людей.

Никто не прятался за товарищей, и трусливо не отводил глаза в сторону.

Его взгляд задержался на среднего возраста мужчине в вечернем строгом костюме.

Увидев, что майор смотрит на него, мужчина покинул своих товарищей, и подойдя, чопорно представился: «Я директор цирка, Эдуард Вениаминович Ожегов».