Оперативно-розыскной отдел. Боевик-детектив-боевик

– Вы не будете против, если при нашей беседе будет присутствовать лейтенант Проскуряков? Он же будет вести протокол нашей беседы. – Значит, не будете! – дождавшись соглашающего кивка головой, сказал майор. Вот и ладненько.

– Товарищ.., или я уже должен называть вас гражданин майор? Не угостите папироской?

– Извините, но ни я, ни лейтенант не курим. Придётся потерпеть. И если вы будете честно и быстро отвечать на наши вопросы, то мы быстро закончим эту процедуру.

– Ладно, чего уж там, потерплю, – согласился Зарайский.

– Итак. Назовите ваши: фамилию, имя, отчество. Возраст, и занимаемую должность.

– Зарайский Николай Иванович. Двадцати семи лет. Вольтижёр.

– Прекрасно. Если и дальше так пойдёт, мы быстро закончим, – подбодрил сидящего перед ним человека, майор.

А теперь объясните нам, зачем вы изготовили бракованный стропочный карабин, и подменили им титановый, которым пользовалась Казимирова?

Голос майора с каждым произнесённым словом становился все жёстче и грознее.

Быстро отвечать!

– Я! Я! Я не подменял, – залепетал артист, – я вообще не понимаю, о чём вы спрашиваете.

– Так-таки и не понимаете? А вот экспертиза говорит обратное. Посмотрите на этот Акт. Видите? Здесь ясно сказано – обнаруженные отпечатки пальцев принадлежат Зарайскому Николаю Ивановичу. Посмотрите, посмотрите, – сказал майор, и подал бланк подозреваемому.

А когда тот, вдруг задрожавшей рукой взял бланк и прочитал, лицо его посерело.

– Но.., но.., я не виноват в гибели Люсьен. Я не знаю, как карабин мог попасть к ней в… «сбрую».

С трудом выговорив слова, он замолчал.

– Перестаньте вилять, Зарайский. Два года назад вы работали в паре с Люсьен Казимировой, и у вас были на неё определённые планы. И вы, конечно, затаили обиду, когда она от вас ушла, не так ли? Вот вы и подменили карабин.

– Кто, яаа? Да вы что, товарищ майор. Как вам могло прийти такое в голову? Мне конечно было обидно, что она ушла – я столько труда вложил, чтобы сделать из неё настоящую наездницу, но ей больше нравилась воздушная гимнастика.

Он некоторое время молчал, словно вспоминая былые выступления с Люсьен. Потом, на что-то решившись, тихо проговорил: «Меня попросили…»

– Кто вас попросил? Назовите имя! Да говорите же! Иначе пойдёте как соучастник этого преступления! Вы сядете в тюрьму лет на восемь. Тогда прощай жена, дети.