Один пистолет на двоих. Боевик

Мы сотрудники полиции, и мы задержали преступников, а вы…

Рассматривая удостоверения, сначала Катино, а затем Васильева, офицер, скривив губы, с сарказмом произнёс: «Откуда я знаю, что они настоящие… Может это очередная фальшивка?», и многозначительно замолчал.

Катя, поняв, что этого глупого служаку, каким-то ветром занесённого в полицию ничем не проймёшь, в ответ лишь молча пожала плечами и стала рядом с мужем.

– Что будем делать, – шёпотом спросила она?

– А ничего. Подчинимся обстоятельствам. Видно нам придётся долго добираться до моря.

– Даа, неважное начало медового месяца, – грустно произнесла она.

– Прекратить разговорчики! – строго произнёс стоявший у двери сержант-полицейский.

Вошедший следом за полицейскими и задержанными лейтенант окинул взглядом купе, и убедившись, что в нём кроме них других людей нет, приказал:

– Этих двоих, – он кивнул в сторону здоровяка и его товарища, – на верхние полки, и пристегнуть наручниками к поручням.

А этих.., – он окинул взглядом Катю и Женю… – его пристегните к стойке столика, а её, – он опять, но теперь дольше, задержал взгляд на грациозной фигурке девушки, – её не трогайте, только не давайте ей подходить к мужчинам и разговаривать с ними.

Понятно?!

– Да, товарищ лейтенант.

– Смотрите у меня, если что не так, головы поотрываю!

Произнеся это грозное предупреждение, он покинул купе.

Оба полицейских – сержант и старшина – остались стоять у двери. Проход был узким, и им приходилось чуть ли не выжимать друг друга с места.

Наконец старшина не выдержал, и буркнув напарнику: «Я сяду, а ты пока стой», примостился на полку почти рядом с Женей.

В купе воцарилось молчание.

Бессонный период перед задержанием, да и нервное напряжение, в котором находился последнее время Женя, не лишило его потребности в отдыхе, и он, убедившись, что Катя уснула, тоже прикрыл глаза.

Он надеялся, что сможет не засыпая встретить утренний рассвет, но почему-то сразу уснул, и никакие сновидения его не тревожили.

А в это время…

Глава вторая

Молодой грабитель, не тот, который здоровяк, а тот, который показался в дверях купе первым, открыл глаза.

Стараясь не издать ни малейшего шума, приподнял голову над подушкой, и посмотрел на противоположную нижнюю полку.

Оба полицейских и прикованный к столику пассажир спали. Девушку он не мог видеть, но прислушавшись – уловил её тихое дыхание.