Долларовый эквивалент

 – Ну, то есть бокал сухого вина там, шампанского – это он может. А так, чтобы до сшиба, такого за ним никогда не водилось. У него, понимаете, какие-то проблемы с печенью, с детства, хоть и здоровый с виду мужик. Чем-то он там непонятным переболел. И спиртное, можно сказать, не переносит. Ну а поскольку в его представлении настоящий мужик должен, не моргнув глазом, литр засаживать, так он и играет на публику.

– Это точно? – недоверчиво спросил Гуров. – Вы не ошибаетесь насчет спиртного?

Головин уничтожающе посмотрел на него и изрек:

– Когда Головин что-нибудь говорит, значит, знает! И уточнять тут нечего.

– Ну, хорошо, а как же тогда с его характеристикой быть? – не отставал Крячко. – Образцовый, можно сказать, экземпляр, непьющий…

– А разгильдяй! – закончил за него Головин. – Бывают мужики пьющие, а как до дела дойдет – так он зубы стиснет, волю соберет – и дает результат. А разгильдяй, он и трезвый – разгильдяй. Я понятно выражаюсь?

– Абсолютно, – сказал Гуров. – Однако же у разгильдяев, как правило, склонности… Может, он наркотиками балуется?

Головин хмуро посмотрел на него.

– Этого еще не хватало, – проворчал он. – Вот про что не знаю, про то не знаю… не замечал. А что, есть сигналы?

– Да какие сигналы! – отмахнулся Гуров. – Просто предположил. Ну, раз нет, значит, нет. Уже хорошо. А где же нам теперь найти вашего спортсмена? Дома его нет, здесь тоже…

– А у бабы какой-нибудь ищите, – сказал Головин. – Только адресов не спрашивайте – они мне неизвестны.

– Это понятно, – кивнул Гуров. – Нам бы лучше адресок какого-нибудь мужчины. Должны же быть у Вельяминова друзья?

– Не наблюдал, – категорически сказал Головин. – Приятели – это возможно. Но здесь он ни с кем дружбу не водил. Больше скажу – с ребятами у него отношения натянутые. Он себя считает на голову выше любого, а кому такое понравится?

– Такое никому, – подтвердил Гуров. – А он и в самом деле хороший водитель?

– А плохие к нам не попадают, – неохотно сказал Головин. – Водитель он хороший, но не чемпион.

– Это как же понимать? – удивился Гуров.

– Если увидит, что может ноги переломать, то обязательно отступит, – пояснил Головин. – Я же говорю, не боец… Артист! – немного подумав, закончил он.

– Так, значит… – задумчиво произнес Гуров и тут же спросил: – Ну а своя машина у Вельяминова имеется?

Головин кивнул:

– Ну как же, есть машина. Роскошная тачка – на самом деле.