Мой Чукотский дневник

Вслед уходящему кораблю мигает бесчисленным множеством огней Владивостокский рейд. С вершин мачт военных кораблей зелеными вечно дремлющими глазами вечности глядят огни боевых кораблей.

25 августа. Утро сегодня чудесное. Словно весеннее, брызжет мягкими лучами солнце. Лес на склонах сопок окутан тончайшей голубой дымкой; ярко пестреет на зеленом фоне склона правильный шахматный квадрат полотняного городка. У меня волчий аппетит после бессонной ночи, но столовая уже закрылась, и я с сожалением думаю, что для того, чтобы позавтракать, нужно идти на станцию через сопки, основательно вспотеть и полазить по горам.

Снимаю китель и в одной ярко – синей тенниске отправляюсь в путь. В руках у меня китель, плащ, пестреющий на солнце яркой черно – белой клеткой подкладки, и полевая сумка.

Козырек фуражки я надвинул на глаза так, чтобы солнце не било в глаза. По мере того, как поднимаюсь на сопку и огибаю ее скалистый сверкающий отполированным камнем склон, передо мной за голубой лентой залива поднимаются в прозрачной голубой дымке далекие сопки с яркой желтизной песчаных пляжей у воды, чуть-чуть смягченной дымкой тумана.

Есть хочется страшно, а дорога еще долгая. Вокруг сопки, на которой я стою, развернулась величественная панорама города с уходящей в центр изломанной прерывающейся за складками рельефа лентой шоссе. Сегодня даже шоссе и то веселое. Оно какого – то теплого приятного тона. У подножья моей сопки с изумрудного после дождя поля аэродрома взлетает самолет, где-то стучит молоток кровельщика, задорно весело звучит свист дерзкого загорелого мальчишки, бегущего по тропе.

Котловина между сопок, словно гигантский рупор отражает каждый звук. Передо мной вьется вверх на сопку лента тропы. Под ярким солнцем ее сырой красный грунт расцвел горячим, ярким и теплым тоном. Ветер несет со склонов пряный аромат полыни и еще какой – то нежный запах трав. Весело и звонко звенят наперебой цикады в траве, радуясь вступающему в силу яркому дню. Где-то внизу звонкий детский голос зовет маму.

Назойливая пчела, гудя, вьется у меня под носом, пестреют в траве яркие пятна бабочек.

На голубом рейде одинокий корабль – это, наверное, наш «Витебск». Вот вдали забелели шиферные крыши станционных построек, утонувшие в море зелени. За раздвинувшимися склонами сопок открывается широкая гостеприимная, вся в легкой дымке тумана, голубая бухта.

Под ногами блестят лужи вчерашнего дождя, и земля, словно умытая выспавшаяся девушка, ласково улыбается навстречу.