Незримому Собеседнику

Смотрит с фото на меня моя Любовь, и я теряюсь, какая же Она. Всегда виделось, что Она старше, Она мудрее, Она ведет свою игру, и меня в неё увлекает.

И вот я подрос. Я стал достаточно силён, чтобы это оценить. А Она оказалась Девочкой с комплексом недолюбленности, которая скорее купит к новым штанишкам подтяжки, наденет любимую, а потому широченную белую рубашку, естественно навыпуск, прицепит подтяжки поверх, одну лямку, и будет рассекать эдакой Пеппи Длинный Чулок, к месту и не к месту, чем позволит себе Себя явить.

И именно Она живет у меня внутри. И никогда Она сама не решится на новую боль, Ей это страшно, Она таки не рассталась ещё с прошлым опытом, по сей день за ним замужем. А значит, не решится на новые тексты и глубокие стихи.

А другой совсем Женщине при всех Её достоинствах, интересах и глубинах надо постоянно держаться в поле моего зрения, чтобы не выпасть из контекста. Ей есть место во всём вокруг, включая желания тела, но внутри меня уже всё занято абсолютно этой вот Девочкой, которая никак не хочет сама меняться.

Но Ей тесно внутри. И из меня Она почему-то выходит Женщиной Зрелой. Она и из себя выходит Ей же, но только при определенных условиях. И как только заканчивается Магия Музыки, сцены, события, как только Она начинает дирижировать этой Магией, то Женщина тут же исчезает. И вот в конфликте интересов души и разума, назревает конфликт Художника-Творца и Смертного. И это тоже что-то новое, удивительное. Вопрос в том, касается ли это нас обоих?

18.05.17

О мотивациях.

Почему не всегда вдохновляет людей чужой пример? И не должен. Мой нечаянный эпизод про Любовь в инвалидном кресле:

25 (глава 2, часть 4. «Открытое письмо»)

Любовь

Я встретил в инвалидном кресле,

В Её глаза взглянув без жалости и лести,

Я словно Бога повстречал среди людей,

Мы оказались Родственниками с Ней.

Она живёт с Сестрою своей младшей,

И этот крест Сестру на Веру сделал старше

И на Надежду сделал всю Семью сильней,

Что не бывает в испытаньях мрачных дней.

Она отлично помнит, как когда-то танцевала,

Как плавала и в горы поднималась,

Как заразить могла любого звонким смехом враз.

О, сколько Жизни вижу я в Её глазах сейчас!

Я страх утратил нелюбимым быть телесно,

Душе всегда в темнице тела слишком тесно,

Чтобы считалось Чувство только с внешней красотой,

И я свою Любовь с тех пор не представлял другой.

Он немного о другом.