С миссией в ад

Поговаривали, что одеяния, в коих выходили к пополо инквизиторы, предлагал и рисовал портным все тот же Жгучий брюнет.

В представлении, которое ставил аббат, он продумывал каждую мелочь. И становился невменяемым от гнева, если что могло как-то испортить его спектакль… Как сейчас, когда Бильдунг носился по двору косматым факелом, раздавая направо и налево затрещины.

10.

Джузеппе, наблюдая за ним со стороны, едва сдерживал улыбку.

– Что случилось, Карл?! – наконец выкрикнул он.

_________________

2.Кампо ди Фьоре – в Риме Площадь цветов

– А, Кордини! – обрадованно кинулся к нему аббат.

– Бестии! – пробухтел дознаватель. – Не беда, Карл. Сейчас я их заставлю…

– Сделай милость. Возьми на себя… Мне надо на площадь… Потом посмотреть, готово ли вино, лавки…

Закончить, однако, аббат не успел. Он снова взвился, словно кто шилом ткнул ему в зад.

– Рогоносцы!.. Недоноски!.. Бочка с маслом… Она до сих пор здесь. Ну, вот видишь, Джузеппе, – жаловался Бильдунг. – Ее еще вчера должны были перебросить на площадь, к штабелям… Какой олух забыл?!…Разорву! Пущу по миру!…

Кордини покачал головой. Он хорошо понимал разгневанного церемониймейстера. Не облей доски тем маслом, костер может не заняться. Потлеет, а при такой ледяной измороси с ветром возьмет и погаснет. Позор выйдет. Люди начнут судачить, мол, небеса были против приговора Святой инквизиции.

– Иди, Карл. Я позабочусь обо всем, – успокоил он церемониймейстера.

– Вот спасибо! Вот выручил…

Бильдунг развернулся, чтобы удалиться, но невнятное бормотание дознавателя остановило его.

– Что?! Что ты сказал, Джузеппе?

– Да странные, говорю, вещи творятся. Колеса, масло… – и взяв под руку аббата, Кордини зашептал:

– Вчера в таверне люди болтали, что кто-то из наших хочет облегчить смерть Ноланцу… Может, кто выстрелит со стороны. С крыши, например… Может, проломит камнем череп, а может, что другое…

– Да ну!? – вскинулся Бильдунг.

Кордини начал свою игру. Он хорошо знал дотошного аббата. И постарался подкинуть ему такое, что тот до конца представления будет как чесоточный ерзать. Подозрения загрызут бедолагу. Сейчас, наверняка, он подумывает об усилении охраны по пути следования кортежа от тюрьмы до Кампо ди Фьоре. Расшибется, но сотню монахов пригонит… В общем, загрузит себя работой.