Человек с того света

Фатма кивнула.

– Хаджи, – перевела она, – девушка просит дать самую святую клятву, что ты сдержишь своё слово.

Исмаил остановил коня, извлек из внутреннего кармана тисненную золотом книжку Корана и, трижды поцеловав и коснувшись ею лба, торжественно произнес:

– Клянусь!.. Я сдержу свое слово.

Мария счастливо улыбнулась… Он уже тогда полюбил её. Её лицо, глаза, улыбку, диковинный говорок…

По прибытии в Шираз, Мария, описав свою одиссею, послала отцу письмо. Исмаил отдал его старейшине каравана, отправлявшегося в Рим.

Маркиз де Марфон писал:

«…Дочка, я рыдал от счастья. Целовал каждую строчку, написанную тобой… Ты себе представить не можешь, в каком состоянии я уезжал из Египта. Был на грани помешательства… Его Величество был необычайно добр ко мне. По приезде в Париж король удостоил меня титула маркиза и вознаградил двумя тысячами дукатов…

Его Величество намеревается снарядить миссию в Персию. Я приложу усилия, чтобы возглавить её.

Твоему спасителю самые душевные приветы. Бог воздаст ему сторицей… Я на коленях прошу его беречь тебя…

Думаю, скоро, очень скоро обниму я мою девочку и увезу с собой…

Я рассказал Его Величеству о твоём чудесном спасении и твоем спасителе, который, если я правильно понял, является личным лекарем персидского монарха…»

А спустя полгода двор шаха Омара торжественно встречал дипломатическую миссию короля Франции, которую возглавлял отец Марии маркиз Эдуард де Марфон… Шах и его ближайшие сановники были донельзя изумлены тем, что дочь везиря короля франков, прибывшего в Шираз, была спасена от верной гибели логманом Хаджи Исмаилом и нашла приют в его доме.

У ног шаха Омара франки сложили привезенные ими от короля богатейшие подарки. А маркиз де Марфон зачитал фирман своего монарха о награждении персидского брата, помазанного, как и он, Богом на престол, высшим орденом Франции «Золотой лев».

Вместе с французами Шираз направлял в Париж ответную миссию во главе с везирем Османом ханом.

В Париже логман Хаджи Исмаил втайне принял христианскую веру, как и Мария в Ширазе – магометанскую. В католическом соборе логмана нарекли Леоном де Персоном, а Марию в Ширазской мечети – Мединой.