Человек с того света

Стоя к нему спиной, девушка-стюардесса расставляла на тележке бокалы и бутылки с различными напитками. Боб окликнул ее и тоном, не терпящим возражений, потребовал немедленно пригласить сюда командира.

– Может, уж сразу президента? – усмехнулась она.

Пригвоздив ее тяжелым взглядом, Мерфи рявкнул:

– Если мне понадобится президент, я обойдусь без ваших услуг. А сейчас извольте выполнять, что велено. Живо! Я – шеф Интерпола…

Минуту спустя командир стоял перед ним.

– Слушаю вас, сэр…

– Мерфи. Роберт Мерфи.

– Извините, сэр. Формальность, – сказал пилот, возвращая удостоверение, и, повернувшись к стюардессе, распорядился:

– Комиссару кофе. И все что потребует.

Мерфи улыбнулся.

– Не беспокойтесь…

– Меня зовут Ричард Стоун. Можно просто Рич… Что-нибудь случилось, комиссар?

– Рич, связь с аэропортом назначения установлена?

– Только что, комиссар.

Стюардесса поставила перед ним чашку кофе.

– Коньяк,– попросил он.– Тройную порцию.

Пока девица гремела бутылками, Мерфи сказал командиру, чтобы тот минут через пять связал его с аэропортом… Ровно через пять минут Стоун пригласил Боба в кабину.

– Здесь Роберт Мерфи. Шеф Интерпола. Кто у микрофона?

– Шеф аэропорта, Бобби, – более чем непринужденно прозвучало в наушниках.

– Ваша фамилия?!

– Дик Соммер… Штат Мичиган, Детройт…

– Дик?! Дружище! Сколько лет, сколько зим! – радостно выдохнул Мерфи.

На связи был его друг детства. Шалопай и заводила Дик.

Тот самый Дик, который отлупил его за марихуану. После той взбучки, Боб вообще бросил курить. Дик, который первым из всех ребят их квартала попробовал девочку и рассказывал, как это здорово… Соммера называли «Меченым» или «Пиринеем». Кому как нравилось. У него почти на всю щеку было красное родимое пятно, напоминающее по форме Пиринейский полуостров. Из-за родинки он не комплексовал.

Боб представил его в лётной форме. «Единственная из форм, какая действительно подошла бы ему», – решил он. И тут же вспомнил, что в застеночном видении Дик не фигурировал. «Игра началась и идет она пока в мою пользу,– обрадовался Мерфи.

– Как я рад, Пириней,– невольно вырвалось у него.

– Боб, ты же всегда называл меня Меченый.