Колыбель для Ангела

 – Скоро ты увидишь маму.

– Да, я пойду спать. Я увижу маму. Спокойной ночи, – он повернулся и вышел из тамбура.

Петруха еще с минуту оторопело, разинув рот, смотрел вслед товарищу, затем, спохватившись, так и не сообразив, что же с ним только что произошло, испуганно глядя на Исмаила, боком проскользнул в дверь.

Исмаил закрыл за ним дверь тамбура и откинулся к стене, потирая виски.

– Что ты с ним сделал, Калибус? – спросил Исмаил. – Ведь это ты сделал.

– Нет ничего страшнее, чем заглядывать в собственную душу, когда в ней темно.

Я просто дал ему возможность заглянуть в собственную душу, – ответил Калибус. – Всего на мгновенье. Его сущность светла, но на ней много темных пятен. Он их увидел. Теперь дело за ним. Правда, пришлось потратить на это часть твоей энергии. Ты чувствуешь слабость?

– Да, я словно только что взобрался на высокую гору.

– Как ты близок к истине, – согласился Калибус. – Это твое восхождение. Оно дается нелегко. Тебе нужно отдохнуть. А мне необходимо ненадолго покинуть тебя.

Я должен кое-что выяснить.

– Ты чувствуешь опасность?

– Мы оба ее чувствуем. Что-то неладное происходит в стане Хранителей Ковчега. Глава клана Хранителей призывает меня. Я чувствую вибрации его сущности, направленные ко мне. Они тревожны. Тебе необходимо прилечь. Мой исход займет у тебя много энергии, поэтому тебе необходим полный покой.

Исмаил прошел в купе и лег на свое место. Чувство усталости тяжким бременем навалилось на его слабеющее тело.

В пустом темном купе он был один, и только они оба знали, что их здесь двое.

Метроном колес отстукивал километры пути, приближая их к заветной цели, но это приближение сулило новые испытания.

Демоны миллионы лет охотятся за Ковчегом. Они, как и Ангелы, знают истинные его возможности. Им нужна власть над материальным миром, дабы сотворить его по усмотрению Люцифера.

Калибус должен был выполнить свою миссию. И это он должен был сделать раньше, чем демоны доберутся до Ковчега.

Он вновь услышал призыв главы клана Хранителей Ковчега – тревожный, протяжный, словно звон колокола.

Глава 8

Азаров торопился на встречу с депутатом Миронцом. На этот раз опаздывать было нельзя – этого ему главный уже не простил бы ни за что. Уровень предстоящей задачи был достаточно высок.

Торопиться Азарову приходилось, поскольку пробка, в которую он угодил на Большой Садовой двадцать минут назад, далеко отбросила его от намеченной цели.