Война крыс

Валесия обратила внимание, что некоторые свитки имели черную кайму, означавшую их принадлежность к запретной библиотеке. На полу валялся чей-то черный плащ. Лица братьев осунулись, Арея опиралась на плечо Эллениэль, Тарлак тоже выглядел изрядно уставшим. Полукровки пребывали в своих вторых ипостасях, по стенам метались их крылатые тени.

– Гас?

– Все хорошо, Валесия, ты просто долго спала.

– Не ври мне, Гас. Мы не собирались все вместе с тех пор, как Морана взошла на престол.

– Угу – встрял Архахаар.

– Не перебивай, ладно? Архахаар влез в мой разум, Эль растрепана, Тар словно целый сезон палицей махал без остановки, вы с Васом и Ареей едва на ногах держитесь, чешуйчатые перекинулись. Я давно не глупая девочка, да и с белым плащом не вчера распрощалась. По-моему, я имею право знать, что здесь происходит.

– Хорошо, я все расскажу, только не перебивай, – тяжело вздохнул Гас, – мы точно не знаем, но, похоже, когда ты заснула, тебе снова приснился кошмар. Арея говорит, что ты кричала и металась.

– Это полнейшая чушь, Гас. Я скорее поверю, что меня Единый карает за ересь!

– Все очень сложно, Вал. Арея с Нагалем едва продержались до того, как вернулись мы с Васом, как видишь, пришлось позвать и остальных. Если бы не Ар с Кель, если бы не Эль… мы бы тебя потеряли.

– Я ничего не понимаю, объясните по-человечески – взмолилась Валесия.

– Мы сссами в замешшшательстве – откликнулась Кельвирея – маги не террряют контроль над Даррром, это невозможно.

– Прекрати свои драконьи штучки, Кель!

– Не здесссь. В тебе кррровь крррылатого нарррода, мы сссчитаем, она пррробудиласссь и усссилила твой Даррр. Мы ссс Аррром сссчитали, что дррраконьей крррови ссслишшшком мало, чтобы как-то повлиять на тебя, мы ошшшибалисссь. Пррросссти нассс.

– Ничего не чувствую, Дар не отзывается.

– Ожерррелье из хладного железа и даганита.

– Уж лучше сгореть, чем провести остаток жизни изгоем! Ко мне теперь ни один маг не подойдет, не говоря обо всем остальном.

– Мне плевать на ожерелье, Вал – грустно улыбнулся Гас, – мы поклялись друг другу быть вместе и в горе, и в радости. Ты – моя Валесия, и это не изменит ни даганит ни хладное железо.

– Короче, Вал, – снова встрял Архахаар, – ситуация сложная, но решаемая.