Закон обратного отсчета

Коробов не отвечает. От досады Аристократ роняет телефон на стол с ладони, похоже, менять аппараты ему все же приходится, с такими-то замашками. Или не бережет за ненадобностью? Джен прокручивает в уме типы личности, модели поведения – не академически заученные, а сформированные за годы наблюдений за людьми. Внимательность и анализ спасали его не реже ножа за поясом. Особенно, когда предстоит уносить ноги, и не только свои.

– Да хрен с ним, с Коробовым, – успокаивает черно-белый со спущенным галстуком.

– Я думаю, – отвечает Аристократ. Его бокал так и стоит забытый. – Пытался объединить дела, мне отказали. Разный состав преступления.

– Идиоты. Для них массовая амнезия не аргумент?

– Нет. Представь себе. Для них было бы аргументом, если б ответчики и потерпевшие состояли в связи, вот тогда…

– А что «тогда»? – спрашивает Джа, и на него оборачивается не только черно-белый столик. На Джене скрипит жилетка, когда он ставит на стол оба локтя и хватается за бутылку, как за древко белого флага.

Каждый должен заниматься своим делом: пророк – видеть будущее, инквизитор – устранять скверну. Когда роли меняются, случается бесконтрольный бардак. Потому что, к примеру, партизанить, изучать противника со стороны, искать его слабые стороны, оставаясь на безопасном расстоянии для Джа – не метод. Вот и на этот раз Джа задели. Джа уже не остановить.

Не спрашивая приглашения и прихватив свое пиво, он тащит стул к адвокатскому столику, ставит его вплотную к Аристократу.

– Вы, парни, как я понял, говорите о мудаках, которые сначала пытаются кого-то грохнуть, а потом, когда их за жопу схватят, строят из себя бразильских Карменсит. Так ведь?

Вспыхнувший в глазах адвокатов азарт не сулит ничего доброго, но и опасности в них Джен не видит. Физической. Благо Джа ведет себя развязно и нагло, как заправский бузила, придираться к таким – больше чести.

– Они в самом деле ничего не помнят, – ровно отвечает Аристократ и вспоминает, наконец, про свой бокал.

– Да неужели? – нарывается Джа. Оседлав стул спинкой к груди, он подается вперед, бросает вопросы Аристократу в лицо. – А их жертв это колышит? Тех, кого они пытались убить? Им от этого легче?

– Уверен, что нет, – говорит Аристократ.

В ответ Джа улыбается. Он умеет улыбаться людям так, что невольно делаешь шаг назад. Никакой явной угрозы, просто из его зрачков собеседнику машет рукой глубоко запрятанное безумие.