Закон обратного отсчета

Сквозь полоску между плотными задернутыми шторами видно, насколько серо снаружи. Кажется, накрапывает дождь. Дом словно выброшен в постапокалиптический мир без людей и надежды на просвет. От перспективы спускаться на кухню легче сдохнуть голодной смертью, укутавшись одеялом в цветочек. На тумбочке – стакан воды и таблетки. Джен помнит, насколько они противные. И от бессилья хочется выжать скупую мужскую слезу.

«Помираю, – свербит воспаленное сознание. – Я точно сегодня сдохну». Джен сжимает в кулаке простынь, тяжело дышит сквозь сухие губы.

Мобила? Положить ему под одеяло телефон, чтоб не пришлось тянуться к тумбочке… Ну кто ж мог до такого додуматься?

Чтобы позвонить Джа не приходится даже шарить по записной книжке, достаточно ткнуть кнопку вызова и вот он – последний, почти единственный номер в исходящих. Кроме него только пара не забитых в память телефонов поставщиков запчастей, которых Джен проверял специально с личного, незнакомого им номера.

– Сейчас приду, – откликается в динамике после второго гудка.

Рука с телефоном безвольно падает поверх одеяла, и сквозь щель между шторами наконец-то пробивается солнечный луч.

– С добрым утром, умирающая леблядь, – Джа врывается в комнату слишком громко, но за запах жареных сосисок Джен готов простить другу даже оскорбления. – До таблеток дотянуться не судьба, да?

Джен нечленораздельно хнычет в ответ, не пытаясь прокашляться, только хрипит и булькает.

– Сначала – таблетки, – издевается Джа.

Он подхватывает подушку, вытягивает ее из-под потных плеч и помогает Джену сесть. Затем мерзко шуршит упаковкой, Джена тошнит от одного вида белой блямбы, он уже чувствует на зубах мерзкий песок химикатов, а друг-садист тычет эту дрянь ему в рот с видом психиатра из ужастиков «мы вам поможем, мы вас вылечим».

– Ты еще расплачься! – Джа сует Джену в руки стакан и поддерживает, пока тот огромными глотками пытается протолкнуть таблетку до желудка.

– Вот когда ты помирал от насморка, – припоминает Джен прорезавшимся голосом. – Я над тобой так не издевался!

– Так из нас я – мелкий и слабый, мне положено. Ешь давай, алконавт. Сейчас полегчает.