Каталог оккультных услуг

На ней были изображены двое, летящие со стоящей на скалистом утесе башни. В небе сияла вспышка молнии, а в окнах башни плясали языки пламени. От этой картины Нор стало неуютно. Чарли забрала у нее карту, и они с Гейджем молча ушли. Остаток пробежки Нор раздумывала, что такое Чарли Колдуотер углядела в своих картах.

Нор перебежала улицу Красных Маков, перелезла через забор и оказалась в полях, куда Харпер и Калима выпускали пастись своих альпака. Когда животные были довольны, они радостно гудели с восходящей интонацией, немного похоже на казу.

Так что до дома Нор провожало целое стадо гудящих альпака. Впереди уже высилась громада дома Блэкберн – мрачная тень на фоне заката. Их дом был не менее внушительным, чем какая-нибудь крепость. Совсем как бабушка.

Нор пыталась придумать, как лучше сообщить Джадд о весточке от матери, о ее книге. Наверное, стоило просто все рассказать. «Сразу переходи к делу», – всегда говорила ей Джадд. Как будто разговаривать с женщиной, которую все называли Великаншей, хоть когда-то было просто.

«Лучше придумаю, как рассказать Апофии», – решила Нор. Апофия была спутницей ее бабушки дольше, чем Нор жила на свете. Пусть она и придумает, как лучше сообщить новости Джадд. Ведь что тут скажешь? Ее мать творит немыслимое – собирает плату за чары, которые много поколений никто не накладывал: чары успеха, удачи, красоты и мщения.

Заклинания Роны и дневник, в который она их записывала, как древняя реликвия Старого Света, передавались из поколения к поколению только как память, как знак связи с прародительницей рода, как напоминание о былых временах, которые никогда уже больше не придут.

Насколько Нор рассказывали, последней женщиной рода Блэкберн, способной наложить эти заклинания, была сама Рона.

У изгороди Нор встретили собаки. Древность зацепилась огромными передними когтями за верх калитки и уничижительно уставилась на Нор из-под длинной седой челки. Мелкий пес высунул нос сквозь нижние планки забора. В противовес более крупной собаке Пустячок, как он себя называл, был маленьким жизнерадостным песиком, и ему всегда снилось солнце или жаркий камин.

И неудивительно. Древность жила уже при девятом поколении людей, а Пустячок мог все еще считаться щенком и вел себя соответственно. Не то чтобы Нор собиралась говорить это вслух.

Нор уговорила Древность слезть с ворот и вслед за двумя собаками пошла по мощенной речным камнем дорожке к Башне. В свете заходящего солнца камни мерцали, как последние угольки костра.