Мимикрики. Рождающая миры

– Мамочка, можно я тебя обниму? Или как это? Ничего, что я тебя обнял?

– Чего! – раздался требовательный, властный голос, и если бы она не знала, что он принадлежит девятилетней девочке, младшей из дочерей, она бы, наверное, вздрогнула. – Ты уже седьмой раз ее обнимаешь!

– Не ее, а маму, – спокойно ответил Белиам. – Я обнимаю, маму.

– Мама, не разрешай ему! – вновь приказала Нэнси.

– Иди к нам, мы тебя тоже обнимем, – Лали-Рэй послала Нэнси примирительную волну.

– Мам, из шара Нэнси звучит голос, – шепотом сказал Белиам, еще крепче прижимаясь к матери.

– Он что, что там говорит? – волновалась, все еще находясь на расстоянии, Нэнси. – Что? Опять про шар? Он просто хочет отобрать его у меня.

– Нет! Не хочу! – слова форсированно выпрыгнули и, громко пристукивая, унеслись в сторону Нэнси.

– Шар говорит! Мам, шар говорит. Вот это шар.

Одной рукой все еще обнимая мать, младший из сыновей указывал на платок-суму, раскинутую на полу. Из нее возвышалась гора странных ненужных вещей, брошенных туда руками Лали-Рэй.

– Малыш, я обещаю тебе, что разберусь с этим, как только мы доберемся до пристанища, – руки матери гладили светлую кудрявую голову сына. – Нэнси, детка, иди к нам, солнышко.

Нэнси задумалась на мгновение, насупив брови, но в следующую минуту уже неслась к ним солнечным потоком, вплетая свои изящные пальцы в венок из рук, изо всех сил стараясь подражать Белиаму. Но, как всегда, холодная отстраненность и совсем не детский внутренний заряд мешали ей полностью погрузиться в состояние момента.

– Я могу обменять его, – сказала она и подняла на Лали-Рэй глаза цвета грозового неба. Тонкие, выразительные очертания лица, сияющие светом волосы, высокий лоб и скулы – все обещало, что скоро, достигнув цикла цветения, она будет красавицей. – Могу обменять, – повторила Нэнси, ожидая вопроса.

Лали-Рэй задала:

– На что, солнышко? Ты ведь про шар? Его обменять?

– Вы купите мне песочные часы, а я отдам Белиаму свой шар.

– Я не хочу его! – испуганно прошептал мальчик.

– Хочешь! Я знаю! – уверенно припечатала Нэнси и наконец-то по-настоящему, с полным присутствием обняла мать и брата. «Шу-шу-шу-шу-шу», – зашуршали шуруны. «Шу-шу-шу-шу-шу», – ответил им Белиам.

– Мамочка мы возьмем их с собой? – спросил он. – Они полезные.

– Ничего не полезные. Шуршат, спать не дают, – отрезала Нэнси.

– Полезные, они предупреждают.